(Из “Народная трибуна” Еженедельник “2000″)

ОБСУЖДЕНИЕ В ЖЖ

Barb. Май 26,2010 19:16

*Александрыч писал(а):
…И предложить Вам работы одной замечательной женщины. Вальтраут Шелике.
http://www.wtschaelike.ru/
Хотя, возможно, Вы с ней ( с работами) знакомы.*

Я не являюсь экспертом “творческого наследия” этой немецкой тётки ( кстати, случайно получился неплохой каламбур: “наследие” от… “наследить”!) Однако, уверяю вас, это не то, что вам надо. Более того, это совсем не то, что надо вам! Концептуальные особенности этого феномена - из разряда множества теоретических заманух, в основном, горбачёвского периода, хотя природа его была известна и раньше. Где-то в районе семидесятых (и не ранее - далее вы легко догадаетесь, почему) появились любопытные варианты ревизии марксизма-ленинизма! Дескать, вы, русские, чего-то там понаделали, ссылаясь на Маркса, а ведь даже не знаете немецкого! А на немецком-то у Маркса многое далеко не так!.. Вот, к примеру, что говорит сама фрау Шелике: “… Мое преимущество перед другими советскими исследователями Маркса оказалось в том, что я владею двумя языками – немецким и русским как родными. Соответственно Маркса я исследовала на языке оригинала. И оказалось, что это не просто кое-что, а очень даже много значит. Некоторые, существенные аспекты материалистической теории истории просто выпали из-за неадекватности перевода. На важность адекватного перевода Маркса обратил внимание в свое время уже Альфред Курелла в книге посвященной проблемам отчуждения у Маркса (”Свое и чужое”, изд. “Прогресс”, М., 1970 года, перевод с немецкого “Das Eigene und das Fremde”, Aufbauverlag, 1968)),. Ну а об искажении теории Маркса вульгарным марксизмом, нашедшим приют в массовых учебниках по истмату, я даже не говорю…” (http://www.wtschaelike.ru/). То, что мы плохо знали иностранные языки - правда! Правда и то, что многие понятия, существующие в одной языковой среде, не всегда находят свой лексический референт (попросту говоря, нужное слово) , соответствующий данному понятию, в другом языке. Более того, многие понятия, существующие в одних языках напрочь отсутствуют в других! ( К примеру, дореволюционный канцелярит, напрочь отсутствовал в украинском языке (или, по-другому, в кулишивке), что делает принципиально невозможным перевод, скажем, произведений М. Зощенко с русского на украинский). Однако, в незнании немецкого языка не упрекнёшь не только первых русских марксистов, но и народников, эсеров, анархистов. Как скрупулёзно подбирал Владимир Ильич Ленин, в совершенстве владевший немецким, точные варианты перевода на русский , вводя в текст своих работ положения Маркса, Энгельса, при этом сохраняя в контексте оригиналы на немецком наиболее важных, ключевых понятий… Нет, уж, - увольте! Российские революционеры (и большевики, в частности) немецкий знали!!! И благодаря славному поколению первых русских марксистов, лексико-идиоматическому разнообразию и богатству русского языка, мы получили уникальный (в лингвистическом смысле) бриллиант - русский перевод творчества Маркса - Энгельса. Кстати, и сама эта новая немецкая бабка, поучая нас “исконному” марксизму, вовсю ссылается именно на русские варианты сочинений Маркса-Энгельса, косвенно соглашаясь, таким образом, с корректностью перевода. В чём тогда проблема? А, вот, в чём: “…Накануне революции молодые Маркс и Энгельс творили свое понимание истории и сделали первое великое открытие – наспех, конспективно, в разброс зафиксировали в рукописях материалистическую теорию истории, как они назвали то, над чем ломали голову ради уяснения вопросов в первую очередь самим себе.
Эти рукописи никогда не читал В.И.Ленин, ибо при его жизни они не издавались.
Теория возникла целостная, со своей Логикой с большой буквы.
Материалистическая теория истории Маркса совсем не то, что десятилетиями вдалбливалось в умы советской интеллигенции в вузовских курсах марксизма-ленинизма и печаталось в учебниках по истмату…”(Цитата фрау Шелике из вышеупомянутого сайта). Лично у меня прочитанное невольно ассоциируется со следующим: Маркс и Энгельс бегло впопыхах набросали на обрывках бумаги что-то там действительно важное, оставив это себе, а затем, гаденько хихикая, “подсунули” остальному человечеству огромную “свинью” в виде “Капитала”, “Манифеста”, “Антидюринга” и т.д. Что-то бабка явно не туда гнёт! Явно у неё не вяжется и в другом: всё это при жизни Ленина не издавалось! Так, тем более, не издавалось при жизни самих Маркса и Энгельса! Спрашивается, почему классики не сочли нужным это издать!.. Впрочем, здесь неплохо подойти к вопросу и с другой стороны: важнейшей особенностью Марксизма как теории во всей совокупности её аспектов, относящихся ко всем сферам человеческой жизни является безусловная выполнимость в нём такого важного требования, предъявляемого любой теории , как внутренняя логическая непротиворечивость. Иными словами, вы нигде не найдёте в работах, в отдельных статьях Маркса и Энгельса ни одного положения которое входило бы в противоречие с остальными. (К примеру, “Диалектика природы” Ф. Энгельса также не была издана при жизни Ленина, однако, это нисколько не девальвирует ни ленинскую позицию по данному аспекту, ни более ранние положения самого Энгельса. Знакомство В. И. Ленина с этой работой лишь расцветило бы его творчество новыми гранями, отнюдь не разрушая прежнего мировоззрения, а дополняя его.) А вот “бабка”, поди ж ты, раскопала нечто У Маркса с Энгельсом “такое”, что входит в противоречие с последующим ими же и созданном.( Или как её по-другому понять?!). Впрочем, думаю, дело здесь в другом. Ни Маркс , ни Энгельс, безусловно, себе не противоречили, но так пытается представить дело наша героиня, пользуясь тем, что Лениных среди нас нет, и что немецким мы должным образом не владеем. К тому же, как легко сбить с толку, ссылаясь на черновики! В самом деле, выдавать различные фазы, этапы, множественность вариантов творческого поиска за некую раздвоенность сознания - удар ниже пояса! К примеру, что, Маркс не знал, что пролетарий предлагает на рынок в качестве товара? Как для себя - знал. В воображении уже была выстроена теоретическая модель, но как важно правильно определить совокупность понятий, эту модель описывающую, и найти слова, эти понятия выражающие. Это непросто, ибо “…слово изречённое есть ложь…” В итоге, перечеркнув на бумаге несколько вариантов, Маркс написал: “…рабочую силу”! Но вернёмся к исходному! С марксизмом можно бороться, не опровергая, а забалтывая его, как это делали горбачёвцы, (правда, они не были в этом новаторами).А фрау Шелике, безусловно, типичнейший горбачёвский выдвиженец. Это явствует не только из её биографии, но и из контекста представленных суждений по поводу периода НЭПа, о роли Сталина, о значении Октябрьской Революции, о роли СССР в мировой истории коммунистического движения. Иногда это полностью созвучно с Горбачёвым. Не удивлюсь, если окажется, что жена Горбачёва - Раиса и фрау Шелике в жизни были подругами. И стиль схожий. Вот лишь один из образцов её суждений:”…При этом объем понятий каждого категориального ряда на каждом новом развороте всеобщего, трехстороннего определения философской категории “производство” как производства людей, их жизни и материальных условий их жизни строго обусловлен тем уровнем обобщения, на котором осуществляется разворот круга кругов методом восхождения от абстрактного к конкретному…” (В.Шелике “Некоторые аспекты марксистской методологии определения филосовской категории “производство”) Ребята! Кто-то из вас, кажется, пытался здесь на форуме анализировать разные варианты, при которых идея становится достоянием широких масс. Так вот! Я искренне хочу посмотреть на те массы, достоянием которых станет смысл вышеприведённых выводов фрау Шелике. Нет! Я вовсе не отрицаю, что где-то в глубине её немецких извилин эти, так сказать, “фонемы” приобретают законченную форму и смысл, даже допускаю, что это цитата из классиков, только крайне неудачно переведённая. Но лично я, когда слышу подобные перлы (а речь идёт о простых вещах), невольно ощущаю себя в положении одного мольеровского героя, который однажды с удивлением узнаёт, что то, как он говорит, оказывается, именуется прозой! А теперь о главном! В противовес “марксистке” Шелике я контрутверждаю: никакую ерунду, никто никому не “вдалбливал”! Ревизии и вульгаризации Маркса Лениным и Сталиным места не имели! Это ложь, рассчитанная на выигрыш времени. Факты несуразиц в теоретизации коммунистической фазы, в основном в хрущёвский период, действительно, место имели, что, кстати, давало повод китайцам именовать нас не иначе как - “московские ревизионисты”. Однако, эти “ревизии” прямой исторической связи с Марксом и Лениным не имели, на них не “покушались”, ибо имели отношение к текущим проблемам экономического развития в СССР. (Здесь уместен молодой,свежий взгляд на проблему. Судите сами! Вот вам одно из утверждений хрущёвской эпохи: - “Главным условием перехода к коммунистической фазе является создание материально-технической базы, на основе чего происходило бы неуклонное повышение материального и духовного уровня жизни. Только достигнув изобилия в сфере материального производства, можно перейти к следующей фазе - коммунизму!” - Вам не кажется, что здесь явно подменены местами цель и средство? У Ленина были случаи полемики по схожему поводу! Используя его аргументацию, задаёмся вопросом: а какой смысл переходить к следующей общественно-экономической фазе, если вопросы повышения материального и духовного уровня жизни успешно решаются в предыдущей? По всему видно, что в подобной трактовке был заинтересован прежде всего тот, кто хорошо устроился при социализме (или приспособился). Однако, в целом СССР, безусловно, оставался оплотом мировой социалистической системы и динамика его развития была положительной! И конец существованию СССР (впрочем, хоронить нас рано) положило предательство главы СССР Горбачёва, а не теоретическая несостоятельность Марксизма-Ленинизма или субъективизм отдельных лидеров.) Я продолжаю настаивать, что Марксизм самая выдающаяся из всех научных теорий современностии, относящихся к разряду прорывных. Она сбалансирована, внутренне логически непротиворечива. Её положения безукоризненны с точки зрения принципа простоты ( в формулировке У. Оккама - “То,что можно объяснить посредством меньшего, не следует выражать посредством большего”).Она гибка и открыта для творчества. На интертеоретическом уровне она тесно связана с целыми направлениями в науке, философии,- это единственная фундаментальная теория, дающая описание политико-экономической структуры любого общества, вне зависимости от нашего желания или нежелания признавать такое право за ней. Спрашивается, почему же Марксизм - Ленинизм, настолько совершенное мировоззрение - и не нашло практического подтверждения в реальности! Говоря иначе, не нашло в истории,- по крайней мере нашей советской и постсоветской,- эмпирического подтверждения. Именно это обстоятельство и смущает умы многих, вызывая раздражённость, уныние и скепсис в отношении творчества Маркса, Энгельса, Ленина, или желание обращаться за помощью ко всевозможным “бабкам - знахаркам”. Но, во-первых, убеждение, что Марксизм не подтверждён исторей, нам-то как раз и вдалбливают(!!!) на всех уровнях. На самом же деле, это совсем не соотносится с действительностью. Двадцать лет тому назад приверженцы рыночной экономики в каком-то особом состоянии “ликующего восторга” заплёвывали глаза своим оппонентам по поводу того, что экономика западных стран навсегда позабыла про кризисы, что Ленин и Маркс - “теоретический утиль”, а социализм - “тюрьма духа и плоти”. Теперь они вовсю поучают нас терпению, ибо мировой капитализм переживает… жесточайший кризис! (Хотя, как вещает “Форбс”, богатые в условиях кризиса стали ещё богаче). И каковы же перспективы капитализма на ближайшее будущее, если в основе кризиса заложено неравномерное распределение “трудовых усилий” между участниками капиталистического производственного процесса? Как говорил один киногерой - “либо я её в ЗАГС, либо она меня к прокурору!”
Во-вторых, из нашей неспособности объяснить факты на основе теории, вовсе не вытекает вывод об ошибочности самой теории. Болько смотреть, как ещё недавно самый читающий в мире народ шарахается по закоулкам всевозможных лжетеорий, лжеидей национального и религиозного толка вместо того, чтобы внимательно прочесть, то, что когда-то “сдавали” на зачёт или ещё раз осмыслить прочитанное. Если мы обратимся к истории науки, в частности физики, то найдём множество примеров того, как теория, противоречаща важным эмпирическим фактам всё-таки сохранялась! К примеру, гравитационная теория. Учёные знали, что наблюдаемые изменения перигелия Меркурия, ближайшей к Солнцу планеты, не укладывается в рамки гравитационной теории Ньютона,но сохранили веру в истинность ньютоновского гравитационного закона. И эта истинность была подтверждена с созданием Эйнштейном его общей теории относительности! Жизнь так устроена, что одному достаточно лёгкого намёка, чтобы привести сознание в порядок, другому надо разжевать, третьего должен клюнуть жареный петух ( тоже, впрочем, - вариант, было бы куда клевать!). То, что я собираюсь рекомендовать участникам форума, скорее всего относится ко второму варианту, и уж точно, “охватывает” первый. Попробуйте прочесть блестящую работу выдающегося русского гения Андрея Петровича Паршева ” Почему Россия не Америка.” А тем, кто её уже прочёл, рекомендовал бы просто переосмыслить её в свете последних событий. Прямого отношения к Марксизму-Ленинизму она не имеет, однако, блестяще иллюстрирует многие моменты из Маркса, которые ранее представлялись нам скорее абстрактными, нежели имеющими реальное практическое воплощение. Эта работа легко находится в интернете, где вы сможете попутно выдернуть ещё ряд его работ: ” Америка наступает”, ” Когда началась и закончилась вторая мировая война” и т. д. С моей точки зрения, для марксистской науки его работы имеют огромное уточняющее значение. Это ещё не Эйнштейн, “сохранивший” для человечества традиционную ньютоновскую механику, но, определённо, - Лоренц(!), преобразования которого, как известно, позволили использовать в инвариантной форме традиционные законы Ньютона в новых условиях - в условиях сверхскоростей! Знакомство с этой работой в сочетании с нашим традиционным познанием значительно облегчит ответы на самые популярные вопросы: за счёт чего существуют Украина и современная Россия, каковы перспективы такого существования, почему Украина - по сути люмпенское сообщество, почему на Украине нет пролетариата (и не будет!), почему пролетариат отсутствует в США и, вообще, в странах “золотого миллиарда”, и т. д. Следует добавить, - и Россия, и Украина обречены вернуться к социализму, но путь этот несколько иной! Время в данном случае работает против нас. Единственной движущей силой, способной осуществить возврат, являемся мы сами - Советский Народ (а не пролетариат, которого у нас попросту нет!). Единственным нашим политическим капиталом является историческая память о великой эпохе Советского Союза. Но, как вы сами понимаете, с годами этот капитал убывает. Это обстоятельство должно восприниматься с тревогой, особенно молодёжью, - жить-то ей! Так что, доставайте эту работу - и в добрый путь (познания)! P.S. Не думайте, что я был чрезмерно резок с “нашей” фрау! Жизнь приучила меня, что эта публика, вдоволь наигравшись “правильным пониманием”, в конечном счёте заканчивает оголтелым антикоммунизмом. Угадайте с одного раза, кто больше всех будет противиться возврату СССР! Правильно! Бывшие члены КПСС, особенно те из них, кто демонстративно на митингах жёг свои партбилеты! М. Горбачёв всё время “впаривал” нам “идеи” “социализма с человеческим лицом”, а закончил выступлением перед студентами Анкары (сказанное там было впоследствии им повторено студентам пражского университета), из которого явствовало, что, оказывается, всю свою жизнь он посвятил борьбе с коммунизмом, и что нет ему покоя, пока жив коммунизм на планете (имелись ввиду Китай, Куба, Сев. Корея). Впрочем, понятно, что никакой Горбачёв не антикоммунист, просто он предпочёл остаться в истории мерзавцем, нежели круглым дураком, которого в своё время американцы обвели вокруг пальца.

**********

Александрыч. Май 27, 2010 22:46

Спасибо, уважаемый Barb.
Я благодарен Вальтраут Шелике за то, что именно с её работ я начал вновь читать Маркса. С начала. Думаю, именно её работы помогли мне понять фразу: «В общественном производстве своей жизни люди вступают в определённые, необходимые, от их воли не зависящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определённой ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определённые формы общественного сознания.»
Именно с её работ я по новому прочёл ЭКОНОМИЧЕСКО-ФИЛОСОФСКИЕ РУКОПИСИ 1844 ГОДА и понял слова Маркса: «Коммунизм есть необходимая форма и энергический принцип ближайшего будущего, но как таковой коммунизм не есть цель человеческого развития, форма человеческого общества.
Перевод Verkehr не основное в работах Шелике. Так же как и освещение вопроса перевода «Entfremdung», «Entausserung», «Verausserung» в работе Э.В. Ильенкова «Гегель и «отчуждение»» не весь Ильенков.
А вообще - то работы Вальтраут Шелике это был только этап в моём изучении К. Маркса.
Я Вам благодарен за столь обстоятельный ответ и анализ. Это даёт мне уверенность в том, что нас, считающих, что «марксизм самая выдающаяся из всех научных теорий современности, относящихся к разряду прорывных», значительно больше, чем кажется из за того, что мы в своём кругу этой темы спорим, соглашаемся и поддерживаем её всё время действующей на этом форуме.

******

Куликов2005 Май 27, 2010 22:03

*Александрыч писал(а):
А вообще - то работы Вальтраут Шелике это был только этап в моём изучении К. Маркса.
Я Вам благодарен за столь обстоятельный ответ и анализ. Это даёт мне уверенность в том, что нас, считающих, что «марксизм самая выдающаяся из всех научных теорий современности, относящихся к разряду прорывных», значительно больше, чем кажется из за того, что мы в своём кругу этой темы спорим, соглашаемся и поддерживаем её всё время действующей на этом форуме.*

Александрыч, при всём Вашем праве называть себя как угодно, должен заявить, что назвать себя марксистом у Вас нет ни малейшего основания.
В самом деле, разве может называть себя марксистом тот, кто изучает Маркса по его (Маркса) толкователям? Ясно, что не может. И так же ясно, что таким образом изучающий Маркса - по другим, не марксовым источникам - не имеет оснований называться марксистом. И не должен так называть даже сам себя, если он честный человек.
Не подлежит никакому сомнению, что, будь Вы честным человеком, Вы бы назвали себя “шеликистом” (по крайней мере, на этом этапе ВАШЕГО изучения Маркса). Вот когда будете изучать марксизм по Марксу - вот тогда получите и реальные основания называть себя марксистом. А пока изучаете марксизм по иным источникам - вот имена этих источников себе и присваивайте. Так будет честно.

…Вдогонку еще пара мыслей Маркса, с которыми Вы имеете полное право не
согласиться и идти своим путем. Но, а вдруг пригодятся? Это относится и к
первой части моих мыслишек в прошлом письме о дискуссии.

Единство/противоположность идеального и материального в каждом
человеческом отношении к миру Маркс рассматривает далее
а) в действительности (через wirken, wirkliche,Wirklichkeit) как
единство/противоположность действительного и кажущегося и др. в
действительных (wirkliche) индивидах, в их акциях деятельности (wirken)
и в материальных условиях их жизни. (в их Wirklichkeit);
б) в каждой деятельности действительных индивидов, начиная с деления
исходных всеобщих видов человеческой деятельности - производства,
общения и общества (Zusammenwirken). Производство разделено на
материальное производство и духовное производство, общение разделено на
материальное общение и духовное общение, общество разделено на
гражданское общество и государство (последнее, как помните, Марксом
отнесено к идеологии! Кто это сегодня понимает?).
в)Далее производство конкретизируется через труд (физический и
духовный) и многое другое(!), общение (Verkehr) через обмен
(натуральный и денежный) и многое другое(!) , собственность (через
общественную и государственную) и многое другое(!). Разные способы и разные виды
производственной деятельности, деятельности общения и общественной
деятельности обусловлены разными историческими изменениями материальных условий жизни
человечества и историческими изменениями самого человечества. В ИСТОРИИ человечества одни виды деятельности вытесняются
другими (физический труд вытесняется духовным, живой мертвым, настоящий
прошлым, а потом и вовсе, возможно, труд заменяется самодеятельностью и
т.д.), обмен “возвращается” к распределению (сперва преимущественно по труду, потом преимущественно по
потребностям), человеческое общение начинает определять производство и
т.д.), общество “возвращается” к своей целостности путем исчезновения
государства (политики как манипулирования) и т.д. И постепенно в ИСТОРИИ
человечества исчезает противопоставление, противоборство духа и
материи ( это, как помните, Маркс так полагал), тем более, что уже каждое
человеческое отношение к миру таит в себе не только противоположность,
но и единство материального и идеального.
Все это требует сегодня углубленной разработки, в том числе и через
исследование каждого вида человеческих отношений к миру

а)как единства/противоположности отношения/деятельности к предмету и
предметного отношения/деятельности,

б)как единства/противоположности
каждого человеческого отношения/деятельности как
единства/противоположности овнутрения и овнешнения,

в) как единство/противоположность каждого человеческого отношения как
деятельности и наделения деятельностью (включения в деятельность).

Последнее я попыталась проделать при рассмотрении отношений любви в своей книге «что такое любовь?», ведь Маркс отнес любовь к одному из видов человеческих отношений к миру. См. последнюю главу моей книги “Что такое любовь” Есть эта глава
отдельно и на моем сайте, кликните слева “Любовь как человеческое
отношение к миру” … Вся книга тоже есть на сайте. Но и про любовь много чего еще можно и
нужно сказать и добавить. (Прочла недавно статью о новых открытиях по
гормональному составу чувства любви у человека (химия любви!) и, мать
честная, все прямехонько легло в концепцию моей книги. Конечно, я обрадовалась
и за Марслоу и за Маркса, и чуток за себя).
Уф…
Все это написала, чтобы, мои + и - при чтении рукописи Вашей статьи,
если я отважусь на замечания, стали бы Вам более понятны. Я ведь
руководствуюсь Марксом (как я его поняла), и только, к принятию чего
никого не обязываю.

…Большое спасибо за высланную ссылку на дискуссию о материальном и идеальном http://caute.net.ru/ilyenkov/cmt/materia.html, ибо очень
интересно. Посмотрела пока быстро мельком, на углубленную реакцию пока
времени нет, к сожалению.
Вот мои первые идейки по поводу этой дискуссии:
1) Конечно правы все те, кто считает, что материальное не понять без
идеального и наоборот. Сие парные категории.
2) Но далее возникает вопрос об исходном предмете познания, т.е. что
именно познается посредством этой пары понятий? Природа? Общество?
Деятельность? Человек как мыслящее существо, а может быть только его
мозг? И тут у каждого автора присланных статей я углядела очень
разные ответы на этот вопрос (если он вообще перед автором вставал). А
отсюда возникает полемика, у которой не будет конца из-за понятийного
кавардака (или смешения понятий разного уровня обобщения и предметов
анализа), сколько бы ссылок на Маркса или Ленина не делалось.
3) Каков предмет теории у Гегеля и у Маркса? В контексте идейных проблем
и споров ХУIII -ХIХ веков и Гегель и Маркс пытались понять движущие силы
ИСТОРИИ человечества. Исходно предмет исследования у обоих вроде бы
один и тот же - Всеобщая история человечества. Гегель искал и нашел
движущую силу истории в Абсолютном духе (через развитие Идеи свободы),
а Маркс задал себе (по свидетельству Энгельса) вопрос “А откуда берутся
те, или иные идеи?” и спустился за ответом на грешную землю, чтобы там
поискать ответ/ (Сам он так объяснил в “Немецкой идеологии”).И
пошло-поехало “переворачивание” Гегеля, преодоление ограниченности
Фейербаха ( где человек только природа) и прочая. Определился так
называемый основной вопрос философии о соотношении духа и материи в
истории человечества (повторяюсь, в истории(!) и в том числе и в истории
самой философии, но не только в ней!) Когда ответ Марксом был найден,
наступил Ausgang (выход, уход, а переведено как конец) из немецкой
классической философии. Вопрос, поставленный Гегелем и Фейербахом был
Марксом снят.
Это, конечно, все банально, но без этого, по-моему, никак нельзя понять
Маркса. Предмет Маркса ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
4) А с чего начинать исследование Истории, где обитают в истории дух и
материя? Тут Марксу помогает перевернутый им Гегель: начинать надо с
отношения, с самого всеобщего отношения, с которого начинается история
человечества (в отличие от истории природы). Исходно это человеческие
отношения к миру, которые человечество исходно (в отличие от животного),
стихийно или сознательно тоже делает предметом своего отношения (т.е.
рассматривают в своем индивидуальном или общественном сознании). А
отсюда исходно все человеческие отношения к миру (как к природе внутри и
вне себя, так и к сообществу людей внутри и вне себя) раздвоены у
человечества на материальные и идеальные отношения к миру.
5) А далее идет углубление (конкретизация) взаимодействия этих двух
неразрывно/разрывных отношений в действительности (как
единство/противоположность действительного и кажущегося) через парные
(подчеркиваю именно парные) понятия бытия и сознания, теории и практики
и др. При этом бытие(Sein) как действительный процесс жизни людей
вбирает в себя и кажимость, т.е. единство/противоположность материальных
и идеальных отношений людей к миру. А Bewusstsein, как деятельность,
обращенная на познание и соотвтствующее сознанию преобразование Sein, созидает bewusste Sein,
которое тоже есть единство/противоположность материального и
идеального в отношениях человечества к миру. Каждая человеческая
деятельность, каждое человеческое отношение к миру есть
единство/противоположность материального и идеального отношения
человека(человечества) к миру, к природе и к обществу.
У нас же все пытаются целостность материальных и идеальных
человеческих отношений к миру разорвать на не пересекающиеся параллели
(материальна только природа, человек произведение природы, или он
вообще облако в штанах, которому постыдно проявлять природные
инстинкты, и положено жить и питаться одним лишь святым духом и т.д.). Или
принято начинать ИСТОРИЮ с практики (вне теории), как будто человек
вообще может действовать как человек, не имея абсолютно никакого понятия(представления)
(ложного или истинного) о своих действиях, и таким образом ничем не
отличается от животного.
А поскольку у Маркса в его работах часто в пылу полемики
рассматривается то одна, то другая сторона конкретных человеческих
отношений к миру и конкретных видов деятельности, создающих эти
отношения, легко оторвать одно высказывание от другого и уйти от
слитности/противоположности материального и идеального в каждой
деятельности и в каждом отношении человека (человечества) к миру к
не пересекающемуся параллелизму (так мыслить легче и привычней по принципу
мухи отдельно и суп отдельно).

Короче, я тут наваяла всякого, надеюсь хоть чуток дельного, а не
сплошной сумбур. Но очень захотелось высказать первое, пришедшее на ум
при чтении (беглом) присланных Вами статей. И зафиксировать хотя бы в
письме…

Статья, конечно, очень интересная и спасибо, что ты ее мне прислал. На указанную страничку с понятием “человеческие природные отношения” я обратила внимание, но не только на это.
>У автора исходно ограниченная посылка, при том весьма распространенная и опирающаяся вроде бы на Маркса И Энгельса, но одностороненне. Но “виноваты” в этом в определенном смысле Энгельс, а также Ленин.
Поясню.
Автор исходит из распространенной триады “Природа, общество и мышление”. (Она есть у Энгельса и есть у Ленина) и из “труда” как “Natur- und Grundverhaeltnis des Menschen”. (Эта мысль есть у Энгельса и в самом конце “Людвиг Фейербах и конец немецкой ….”) и на этом основании автор строит свои теоретические рассуждения. А в результате для автора “существует” только Марксово и Энегльсово “человеческое отношение к природе”, но выпадает Марксово и Энгельсово “человеческое отношение людей к людям” ( без чего в действительности, в истории нет отношений людей к природе). Нет у автора понимания, что каждое человеческое отношение есть двоякое отношение, одновременно отношение и к природе и к человеку (человечеству).
А далее логична ограниченность автора, когда для него (как и для многих других авторов) основой человеческих отношений является труд (и ничего другого). Но в таком случае становится совсем непонятной мысль Маркса и Энгельса об исчезновении труда в будущем. Разве может исчезнуть основа? Это многим непонятно до сегодняшнего дня, хотя Маркс выдвинул это положение еще в 1845-46 годах и доказывал в “Капитале”, когда заметил вытеснение живого труда из процесса производства и “умирание” стоимости, поскольку не все может быть измерено стоимостью.
И далее процесс труда как «природное отношение» (так у автора статьи, но лучше как отношение людей к природе) определяется автором как Aneignung, что, конечно, верно, и очень распространено в марксистской литературе, но тем не менее это не все.( Хотя и такое определение есть у Маркса, но он вообще часто рассматривал “сперва одну сторону”, зная, что есть и вторая!) Автор статьи теряет вторую сторону труда , а именно Aeusserung. В каждом человеческом отношении к миру, а следовательно и в труде как в деятельности отношения (verhalten) всегда Aneignung выступает в единстве с Auesserung, в материальной и идеальной формах их выражения.
Важно понять. что у Маркса в каждой “клеточке” теории, в каждом понятии угадывается и содержится в свернутом виде вся теория в целом (и развертывается в виде последовательного ряда категориальных целостных триад) и в этом гениальность, целостность теории Маркса. Этим способом мышления не обладал Энгельс и тем более не обладал Ленин, который к тому же не читал , не мог прочесть труды 1844-46 годов.( Ну а отсюда Ленин для меня вовсе не философ, уровня Маркса, но это отдельная тема. Ленин хорошо воспринял политические выводы Маркса, относящиеся к ХIХ веку и попытался применить их к веку ХХ ому, при этом зная положения Маркса и Энгельса о всемирном характере коммунистической революции , но сделал возможным распространение иллюзии о возможности победы социализма в одной отдельно взятой стране.)

В статье много хороших мыслей: О том. что вся методология (теория) применена Марксом и Лениным ( так как последний понял Маркса) в их практической деятельности (включая, конечно, статьи и книги) Нам эту методологию как раз и надо вытащить для исследования и изменения сегодняшнего этапа истории человечества.
Хорошо напоминание о несовпадении абсолютной и относительной истин как закона познания человечеством своих отношений. ( А то сегодня снова пытаются найти и строить идеальную, непротиворечивую модель «хорошего общества» в противовес “ложной модели” Маркса, тогда как Маркс никакой модели сроду не строил и об этом сто раз предупреждал).
Короче, у меня статья вызвала мысли и спасибо тебе.

Из другой области.
Мне принесли кассету с дискуссией на нашем телевидении на тему “Жив ли марксизм?” Очень хорошие, целенаправленный вопросы задавал ведущий, а участники выступали кто во что горазд и зрителю, думаю, мало что рассказали понятного. Были мысли такие вот: Марксизм (никто при этом не определил, что он сам понимает под марксизмом) жив. Но марксизм сегодня применим, мол, только к ограниченным зонам сегодняшнего мира и к России тоже в том смысле, что в России есть дикий капитализм. В России определенно умер советский марксизм, а неомарксизм существует только как теоретический поиск в очень узком кругу, но это существенно ( Бузгалин А. сказал об этом. но немного другими словами). Партий с марксистской идеологией нет и быть не может, нужно что-то другое. Запад хорошо усвоил выводы Маркса и на этом сумел устранить социальные конфликты, а в России они могу принять и насильственные формы. Ну, а в третьем мире все пойдет по пути, похожим на Россию в Октябре.
Короче, темой обсуждения была практическая деятельность и установки Маркса и Энгельса в ХIХ веке, и ни слова о методологии марксизма и о ее значения для понимания процессов в сегодняшней действительности.
Еще была дискуссия в институте экономики на тему “Что такое социализм после социализма “. Выступали маститые, но об этом напишу, если будет у меня время в другой раз. Хорошо, что вообще поставлен вопрос. А в остальном было достаточно хаотично. Об отчужденном характере труда никто даже не заикнулся.

Очень рада, что ты познакомился с Тиле и он дал книги и для меня.(У Тиле тоже ” Природа, общество, мышление” и только это).

16.12.2009 Вдогонку о материальном и идеальном

15.12.2009 О материальном и идеальном

20.12.2006 Заметки к статье “Alles “Einbildung”

24.04.2001 Заметки на проспект книги о марксизме

Канд. ист наук, доцент

Москва

Ильенковские чтения 2009. Э.В. Ильенков и перспективы развития гуманистической мысли. Х1 международная научная конференция. (Москва. Зеленоград, май 2009г.) Материалы конференции. Москва 2009ю Стр.136-151

НАЧАЛО МАТЕРИАЛИСТИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ ИСТОРИИ У МАРКСА

Известно, что важнейшим предметом исследования Э.В. Ильенкова была диалектическая логика в «Капитале», т.е. того периода, когда Маркс сделал, по словам Энгельса, свое второе великое открытие , выявив «особый закон движения современного капиталистического способа производства и порожденного им буржуазного (buergerliche) общества». (Энгельс Ф. Похороны Карла Маркса/ Маркс К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.19. С.350). Огромная заслуга Э.В. Ильенкова состоит в том, что, исследуя «Капитал» Э.В. Ильенков уже с самого начала своей научной деятельности открыл целую сокровищницу диалектического метода Маркса.

Одной из задач сегодняшних продолжателей дела Э.В. Ильенкова, на мой взгляд, является выявление диалектической логики Маркса, примененной им в период его первого великого открытия, когда «Маркс открыл закон развития человеческой истории…» (там же. С.350). Такое исследование необходимо хотя бы потому, что предмет второго открытия – капиталистический способ производства, и предмет первого открытия – человеческая история, разнятся по охвату ими исторического времени и исторического пространства. В одном случае исследуется только капиталистический способ производства, во втором – история человечества.

Обоим периодам научной деятельности Маркса присуще при этом и общее – переворачивание гегелевской диалектики с ног на голову, однако по отношению, еще раз подчеркиваю, к разным по объему предметам исследования.

Исследование диалектической логики Маркса периода его первого великого открытия вместе с тем наталкивается на целый ряд препятствий и стереотипов, которые мешали и мешают исследовать теоретическое наследие Маркса 1844-46 годов.

Во-первых, как и в случае с «Капиталом», Маркс, открыв в 1844-46 годах материалистическое понимание истории, не оставил ни одного завершенного труда, в котором на радость потомкам изложил бы строго субординированную и последовательно выраженную в категориях собственную Логику с большой буквы. В нашем распоряжении только рукописи – свидетельства из лаборатории Марксовой мысли. А по сему придется заниматься своего рода дефрагментацией письменных текстов. А это неизбежно чревато обилием трактовок одного и того же текста.

Во-вторых, в наследие от прошлого нам досталось положение о «раннем», т.е. незрелом (1844-46гг) и «позднем», уже зрелом (50-60 годы Х1Х века) Марксе, которые плохо стыкуются между собой. Отсюда неизбежна некоторая настороженность и даже сомнение в значимости и актуальности исследования работ Маркса 1844-46 годов для нашего времени.

Напомню, однако, что по свидетельству Энгельса, в 1845 году у Маркса уже была готова собственная теория. И «ранний Маркс», которого в советские времена было модно обвинять в не преодоленном антропологизме, в абстрактном гуманизме и в иных смертных грехах, на самом деле уже в 1844-46 годах был молодым гениальным ученым, сделавшим свое первое великое открытие, как сплошь и рядом делали и делают открытия гениальные математики.

Однако положение о том, что приступив к «Капиталу», Маркс мог держать и уже держал в голове свою собственную диалектиктическую логику, которую он разрабатывал в процессе снятия гегелевской диалектики еще в период своего первого открытия в 1844-46 годах, и сегодня может быть встречено с сомнениями, в лучшем случае. И такое сомнение правомерно.

Тем не менее надо снова и снова исследовать Маркса и делиться добытым, щедро и настойчиво, как Э.В.Ильенков.

Одним из аспектов поднимаемой проблемы я и хочу поделиться в своем выступлении.

С чего начинать материалистическую теорию истории?

Для ответа на этот вопрос нужно еще раз уточнить что является предметом исследования Маркса и Энгельса в период его первого великого открытия? Бытие? Общество? Соотношение бытия и сознания? Достаточно заглянуть в старые учебники по истмату, чтобы убедиться в разнообразии ответов на этот, казалось бы, элементарный вопрос.

Но не будем гадать, ибо наша задача проще – выявить предмет разрабатываемой теории в тех определениях, которые давали ему в эти же годы непосредственно Маркс и Энгельс. Это нетрудно, поскольку в одном из вариантов начала первой главы “Немецкой идеологии” Маркс и Энгельс недвусмысленно определяют предмет своего исследования и название той науки, которую они разрабатывают. Поскольку, однако, эта, когда-то весьма популярная цитата, редко встречается в литературе, приведу ее полностью: «А. Мы знаем только одну-единственную науку, науку истории, – так Маркс и Энгельс начинают определение предмета своей теории, и продолжают: – История можно рассматривать с двух сторон, ее можно разделить на историю природа и историю людей. Однако обе эти стороны неразрывно связаны: до тех пор, пока существуют люди, история природы и история людей взаимно обусловливают друг друга. История природы, так называемое естествознание, нас здесь не касается; историей же людей нам придется заняться, так как вся идеология сводится либо к превратному пониманию этой истории, либо к полному отвлечению от нее. Сама идеология есть только одна из сторон этой истории». (МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология/ Избр.произв. в трех томах. М., 1980. Т.1. С.5.)

То, что предметом марксистской теории является именно история человечества, законы которой изучал и открыл Маркс, подтверждается и словами Энгельса, произнесенными на могиле Маркса, и выше процитированные нами. «Энгельс Ф. Похороны Карла Маркса/Маркс К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.19. С.350).

Стоит обратить внимание и на то, что свою теорию основоположники марксизма недвусмысленно называют материалистическим пониманием истории или материалистической теорией истории , вовсе не пряча за семью печатями предмет своего исследования.

Из вышесказанного следует, что начало «Капитала» не может служить началом истории, ни логически, ни исторически.

В 1844-46 годах Марксу и Энгельсу нужна была именно история всего человечества как предмет их исследования, и в период своего первого открытия Маркс и Энгельс действительно были заняты историей людей. Они выявляли всеобщие, особые и единичные законы движения исторического процесса, разрабатывали всеобщую методологию познания исторической действительности. При этом на каждом уровне анализа, выраженного в соответствующих категориях, предмет представал во всей его целостности. Как этого достигалось?

Так еще раз возникает вопрос “С чего начать?”

Как известно, целостность любой теории зависит уже от выбора ее начала. Начало на всеобщем уровне должно охватывать предмет исследования целиком (как некую систему), дабы обеспечить возможность через круг дальнейших определений представить предмет исследования в его действительной целостности. Естественно, что начало должно соответствовать предмету исследования, или другими словами от самого предмета «зависит» начало теории. Начало должно быть действительным началом, а не плодом воображения исследователя.

С какой категории надо было начать развертывание материалистической теории истории, чтобы предмет анализа предстал в своей полноте уже в самом начале? Напоминаю, что познание законов своих действительных отношений люди выражают через категории, а по Марксу даже «простые категории суть выражения отношений…» // МАРКС К, ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология. Избр. соч. в трех томах. Т.1. С.75)

Надо сказать, что в советской философской литературе не было единого мнения о начальной категории исторического материализма. С чего начинать исследование? С предметов как, например, в “Капитале”, где Маркс начал с товара? С деятельности как выражения социальной формы движения? С человека? С общества и природы? С ответа на вопрос о соотношении бытия и сознания? Можно было спорить до бесконечности, но полезно непосредственно спросить Маркса и Энгельса с чего, по их мнению, должен начинаться ход мыслей в марксистской теории. И на этот вопрос существуют недвусмысленные ответы самих создателей теории марксизма.

Ответ на вопрос “С чего начинать материалистическую теорию истории” по Марксу и Энгельсу гласит: необходимо найти такое исходное отношение (или категорию, что одно и то же) теории истории, которое изначально обладает способностью объять предмет исследования – историю как практический процесс развития человечества – в его целостности. Вместе с тем, начало должно быть простейшим отношением, непосредственно лежащим перед нами. … (См.ЭНГЕЛЬС Ф. Карл Маркс к «Критике политической экономии» //МАРКС К. ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.13. С.497) Отношение должно быть самоочевидным, а доказательством его действительного существования служит вся вытекающая из него дальнейшая система определений предмета исследования.

Конечно, чтобы понять всю глубину этой мысли, необходимо уяснить себе, что такое “отношение”, по поводу которого опять же не было единства в советской философии. Но и определения отношений у Маркса и Энгельса тоже есть.

Первый момент, который необходимо подчеркнуть, состоит в том, что для Маркса и Энгельса “отношение” является специфически человеческим способом взаимодействия человека с предметами мира, отличающим жизнедеятельность человека от жизни животного. Маркс и Энгельс писали в этой связи в «Немецкой идеологии»: «Животное не «о т н о с и т с я» ни к чему и вообще не «о т н о с и т с я»; для животного его отношение с другим не существует как отношение».(МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология// Избр.произв. в трех томах. М., 1980. Т.1. С.22). Иными словами животное в отличие от человека не делает свое взаимодействие (Wekselwirkung) с природой и со своим сообществом предметом своих отношений, не познает его и целенаправленно не изменяет.

Понятие “отношение” служит Марксу и Энгельсу для того, чтобы изначально подчеркнуть специфику взаимодействия человека с предметами мира, обозначить его отличия от взаимодействия между предметами, существующими в мире вне и без участия человека.

Второе, на что следует обратить внимание, это то, что Энгельс оставил весьма важное, предельно сжатое определение методологии (алгоритма) развертывания “отношений” в нарастающий, усложняющийся круг определений, на основе соотношения логического и исторического в процессе познания (ЭНГЕЛЬС Ф. Карл Маркс “К критике политической экономии” //СМ. Маркс К., Энгельс Ф. Соч.– 2-е изд. - Т.13.- С.497). Эта методология сводится к следующему:

а) Начинать следует с нахождению простейшего отношения, исторически лежащего перед исследователем;

б) найденное простейшее отношение должно соответствовать предмету исследования;

в) поскольку материалистическая теория истории не сводима к политэкономии, то и теория материалистического понимания истории требует своего, ее предмету соответствующего простейшего исходного отношения, которое исторически лежит перед нами;

г) найденное простейшее отношение материалистической теории истории вместе с тем должно быть отношением, действительно существующим в истории;

д) исходное отношение изначально существует и рассматривается как двойное отношение, состоящее по крайней мере из двух сторон, которые определенным образом относятся (verhalten) друг к другу, что и предстоит выявить;

е) для этого каждая сторона рассматривается отдельно, в затем в их взаимодействии (Wekselwirkung) друг на друга;

ж) такое рассмотрение дает возможность выявить характер отношений обеих сторон друг к другу и обнаружить возникающие между ними противоречия;

з) далее следует проследить, каким образом на практике разрешаются противоречия обеих сторон и выявить то новое отношение, которое и возникает как результат разрешения противоречия;

и) затем весь процесс продолжается по новому кругу расчленения теперь уже нового отношения на две присущие ему стороны, осуществляется анализ каждой из сторон в отдельности, и исследуется их взаимодействие, находятся характер их отношений (Verhalten) и соответственно их противоречия, а также осуществленные (или не осуществленные) пути их разрешения и т.д.

Чтобы не сложилось впечатление, что такой метод (алгоритм) познания есть более поздняя интерпретация Энгельсом марксова метода, сошлюсь и на Маркса. В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс охарактеризовал общую методологию анализа движения отношений, примененную им при анализе отношений частной собственности, рассмотренных как отношения между трудом и капиталом //(См.: МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С .106-107).

Не приводя полностью текст работы. Маркса,( читатель имеет возможность сам обратиться к нему), выделим ту последовательность анализа отношений, которая выявляет его движение, его развитие.

Маркс намечает следующую последовательность:

а) во-первых, следует выявить «непосредственное или опосредованное единство обоих»..членов отношения.. (Там же. С.106);

б) во-вторых, необходимо выявить «противоположность обоих по отношению друг к другу» //(Там же. С.107);

в) в-третьих, необходимо выявить «противоположность каждого по отношению к самому себе» (Там же. С.107);

г) и, в-четвертых, анализ движения отношения должен выявить враждебную взаимную противоположность сторон отношения друг к другу, что ведет к борьбе противоположностей и через снятие противоречий к дальнейшему движению отношения, однако, уже в новом качестве, или к самоуничтожению данного отношения и к возникновению нового, иного отношения. (См.: Там же)

И, наконец, третье, что надо сказать, это то, что “отношения вообще” (Verhaeltnisse), исходно вбирают в себя три стороны. Это

а) процесс деятельности, осуществляемый людьми через “относиться” (verhalten),

б) результаты деятельности (Verhaeltnisse) людей, в виде определенных отношений,

в) условия, в которых осуществляется деятельность людей в виде определенных отношений (Verhaeltnisse).

Ведь на самом деле отношения людей складываются именно в процессе их verhalten к чему-то природному или общественному, материальному или духовному, а созданные отношения становятся условиями для продолжения (или прекращения) отношений и определяют характер дальнейшего verhalten и т.д..

Диалектическое единство деятельности и отношений легко прослеживается в том произвольном ряде человеческих отношений, который Маркс выстраивает в «Экономическо-философских рукописях 1844 года»: «Каждое из его (человека – В.Ш.) человеческих отношений к миру зрение, слух, обоняние, вкус, осязание, мышление, созерцание, ощущение, желание, деятельность (Taеtigsein), любовь…» //См.: МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С.120), складывается в процессе определенных видов деятельности, т.е. когда человек смотрит, слушает, обоняет, ощущает вкус, осязает, мыслит, созерцает, ощущает, желает, действует, любит и т.д. Вместе с тем возникшие в процессе деятельности отношения обратно воздействуют на деятельность человека, определяя ее характер. Так, например, возникшие отношения любви определяют поведение любящих, «заставляя» их любить так, как это «диктуется» их любовными отношениями и т.д.

Определение отношения как единства Verhalten и Verhaеltniss позволяет постоянно обнаруживать внутреннюю противоречивость человеческих отношений, которая вызвана противоречиями между отношением как деятельностью индивидов и отношением как результатом и условием их деятельности.

В определенных условиях эти противоречия могут принять и такой характер, когда отношения, созданные самими людьми, становятся чуждой, над ними стоящей силой, господствующей над людьми. Тогда человеческие отношения превращаются в обесчеловеченные отношения, и человеческая деятельность тоже становится обесчеловеченной (чему современный читатель без труда найдет бесчисленные примеры из прошлой и сегодняшней действительности).

Человеческие отношения к миру как исходное отношение материалистической теории истории.

После сказанного выше следует перейти к поиску в работах Маркса и Энгельса того исходного отношения, с которое можно начинать материалистическую теорию истории. Понятно, что сперва просто закружится голова от обилия вариантов, которые сразу придут на ум просвещенному читателю, тем более что в работах Маркса и Энгельса указанного период, когда делалось первое великое открытие, прямых указаний на то, с каких отношений начинать, к сожалению, нет. Этим объясняется и поныне существующий разнобой начала изложения материалистической теории истории.

Из всех рассматриваемых в указанных работах отношений функцию начала в материалистической теории истории исходно, на предельно абстрактном уровне обобщения, в качестве всеобщего отношения, на наш взгляд, может выполнить понятие Человеческие отношения к миру, разработанное Марксом и Энгельсом в 1944-46 годах.

Отношения человечества к миру являются исходным условием для «делания людьми истории», ибо без взаимодействия (Wekselwirkung) человечества с миром нет истории. Человеческие отношения к миру предпосылка и реальный результат истории человечества. Человеческие отношения к миру существуют с самого начала истории и продолжают существовать пока существует мир и пока существует человечество.

Вместе с тем это понятие простое в том смысле, что оно миллиарды раз встречается в действительности и осознается людьми даже на обыденном уровне сознания (например, когда люди сетуют на безумие мира, или провозглашают девиз «Мир может быть иным»).

А сегодня человеческие отношения с миром вбирает в себя такую совокупность вставших на дыбы глобальных проблемы человечества, что без их разрешения может наступить время, когда человечество само уничтожит себя и некому будет «делать историю». Так что эти отношения сегодня еще и весьма актуальны, при том в такой степени, какую человечество еще не достигало за все время своей истории, в том числе и во время жизни Маркса и Энгельса. Человеческие отношения к миру в действительности стали мировыми и наступило самое время понять, что же представляют собой наши, современные человеческие отношения к миру, и возможно ли их изменить.

В качестве начала теории «человеческие отношения с миром» постулируются как данность, которая не требует доказательств, но их внутреннее богатство Марксу уже известно в 1844-46 годах. Напомню, что Маркс к тому времени уже открыл, если судить по дошедшему из написанного им к 1844 -1946 годам, роль труда в истории человечества и его отчужденный характер; знает сущность и значение частной собственности в истории человечества; анализирует производство, общение (Verkehr) и общество в их историческом единстве; исследовал взаимодействие гражданского общества и государства; открыл происхождение общественного сознания; знает о противоречиях между трудом и капиталом; характеризует капитализм как обесчеловеченный способ жизни людей, определяет коммунизм как освобождение (эмансипацию) всего человечества от обесчеловеченности жизни людей, определяет современный ему мир как искаженный, перевернутый мир (verkehrte Welt).

Ну, а мы сегодня знаем о человеческих отношениях к миру еще больше в силу развития таких отраслей знания, которые в Х1Х веке еще не существовали, а также в силу колоссального отличия истории века Х1Х от века ХХ1. (Достаточно хотя бы напомнить, что в Х1Х веке ни одна война еще не могла уничтожить человеческую жизнь на земле, тогда как сегодня человечество создало и продолжает создавать не мало средств, способных к многократному уничтожению человечества и мира, в котором оно живет и т.д.).

Представляется, что человеческие отношения к миру исходно охватывают весь предмет исследования (историю человечества) в его полноте, что и требуется от исходного отношения, если теория претендует на целостность.

.

Исходные определения “мира” ..

Развертывание определений человеческих отношений с миром Маркс и Энгельс осуществляют методом расчленения исходного отношения, во-первых, через раздвоение мира. Расчлененный мир предстает как мир природы (natuеrliche Welt) и как мир людей (Menschenwelt) //(См.: МАРКС К. и ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1986. Т.1. С .18).

Отсюда одной из сторон человеческих отношений к миру является отношение людей к природе, представляющее собой «действительную основу истории» (МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология // Избр. приз. в трех тонах. М., 1980. Т.1. С.34). Другой стороной человеческих отношении к миру, является отношение людей к людям //См.: МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С.151), без чего тоже невозможна история.

Следующий шаг анализа – определение взаимодействия отношений людей к природе и отношений людей к людям как двух сторон, взаимно обусловливающих друг друга: Отношения людей к природе определяют отношения людей к людям и обратно, отношения людей к людям определяют отношений людей к природе.( См.: МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т.1. С. 22)

При этом каждое поколение людей застает «исторически создавшееся отношение людей к природе и друг к другу» //(Там же. С.33), так что и отношения людей к природе и отношения людей к людям существуют в действительности в виде исторических отношений. Предшествующие философы очень часто исключали отношение людей к природе из своих умозрительных построений и история оказывалась «вне мира и над миром» //(МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т.1. С.3).

.

Определяя две стороны человеческих отношений к миру, Маркс и Энгельс в «Немецкой идеологии» анализируют и каждую сторону в отдельности, и обозначают присущие каждой стороне противоречия: это противоречия между людьми и природой, и противоречия между людьми.

Эти противоречия в самом общем виде прослеживаются Марксом и Энгельсом на различных ступенях истории. Первоначально природа господствовала над людьми в такой мере, что люди могли выжить в борьбе с природой, только установив между людьми отношения, основанные на взаимном совместном действии (Zusammenwirken) против сил природы. Этот период Маркс и Энгельс обозначают «варварством». Затем, по мере развития деятельности людей, направленной на природу, осуществляется выход человечества из-под доминирующей власти природы, начинается период цивилизации (рабовладение, феодализм, капитализм). Но, освобождаясь от господства природы, люди устанавливают теперь господство людей над людьми, приводящее к подчинению одних людей другим и превращающее их совместное действие (Zusammenwirken) в его противоположность – в противодействие (Gegeneinanderwirken) людей людям. Антагонистические противоречия между людьми являются основным противоречием цивилизации.

Прямым выводом из материалистического понимания истории на этом предельно абстрактном, всеобщем уровне является исходное обоснование Марксом и Энгельсом необходимости перехода человечества к коммунизму, который «есть действительное разрешение противостояния (Wiеderstreit – вечного спора) между человеком и природой, человеком и человеком…» //(МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С. 116). Коммунизм это такая ступень в истории человечества, которая сменяет период цивилизации, разрешая присущие периоду цивилизации противоречия.

Исходные определения “человека”.

Раздвоен мир, но многократно раздвоено и человечество. Субъектом человеческих отношений к миру является одновременно и каждый отдельный человек и сообщество людей вместе, организованное в общество. В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс определяет человека как природное и как общественное существо, человек составная часть и природы, и составная часть общества. Человек есть природа, и человек есть общество – такова позиция Маркса. Вне природы и вне общества нет человека (человечества), что присуще людям на всем протяжении истории.

Вместе с тем между природной и общественной сторонами людей существуют и противоречия, которые временами достигают такого накала, что грозят человеку (человечеству) гибелью. Примером такого рода противоречий между природным и общественным в человеке являются войны, требующие от человека подавления своей природной жажды жизни во имя своих (или чужих) общественных интересов. Войны обесчеловечивают жизнь человека.

Снятие такого рода противоречий между природной и общественной сторонами человека (человечества), задача коммунизма, устраняющего в том числе и войны из жизни человечества.

Далее по Марксу и Энгельсу не только человек раздвоен на природного и общественного, но соответственно раздвоены и органы, посредством которых человек относится к миру. (Например глаза индивида могут быть близорукими, и эти природные свойства глаз определяют границы воспринимаемой индивидом красоты мира или возможности сесть за руль автомобиля. А средневековый человек скульптуру обнаженной Венеры Милосской может и не воспринять как красоту, ему в силу господствующих общественных стереотипов в эстетике нужен фиговый листок или покрывало).

Органы, посредством которых человек осуществляет свои отношения к миру двусторонние вдвойне – они еще и индивидуальные и общественные одновременно. //См.: МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года //МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С.120). Индивидуальные и общественные органы человеческих отношений к миру предстанут затем на новом уровне обобщения в виде индивидуальных и общественных орудий труда, индивидуальных и общественных средств общения, индивидуальной (частной) и общественной (коллективной) собственности и т.д.

В процессе развития общественных органов человеческих отношений к миру развиваются и индивидуальные органы человека, посредством развития общества развивается индивид, а через развития индивидов развивается общество. Отсюда Маркс делает весьма примечательный вывод о том, что «общественная история людей есть всегда лишь история их индивидуального развития, сознают ли они это, или нет». (МАРКС К. Письмо П.В.Анненкову 28 декабря 1844 года //’МАРКС К.. ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т. 27. С.402-405)

В скобках заметим, что взаимодействие (Wekselwirkung) между индивидом и обществом, полагающее взаиморазвитие индивида и общества, в советском обществе было перевернутым. Был провозглашен примат общественных интересов над индивидуальными интересами. Общественные интересы стали господствовать над интересами индивидуальными, общество (в лице государства) встало над индивидом. Такое отношение согласно Марксу и Энгельсу характерно именно для периода цивилизации (рабство, крепостничество, капитализм), и противоречит коммунизму.

Коммунизм по Марксу полагает гармонию между развитием индивида (каждого) и развитием общества (всех), то есть строится на таких человеческих отношениях, при которых свободное развитие каждого является условием свободного развития всех.

Каждое новое общество как материальный результат развития человеческих отношений к миру.

Маркс и Энгельс отмечают, что каждая ступень истории «застает определенный материальный результат», определенные «исторически создавшиеся отношения людей к природе и друг к другу…» ,//(Там же. С.33), которые передаются каждому новому поколению людей от предыдущего и определяют его исторические отношения к миру. Вместе с тем каждое новое поколение людей посредством своей деятельности постоянно воссоздает и изменяет исторические отношения людей к природе и людей друг к другу, создавая новый материальный результат для последующих поколений и т.д. Каждый предшествующий и настоящий материальный результат исторически создаваемых отношений людей к природе и людей друг к другу определяет возможность и действительность конкретно-исторического развития людьми своих человеческих отношений к миру, в том числе и возможности выражения в понятиях, теориях законов их развития , а также определяет и степень исторической возможности преодоления обесчеловеченных отношений людей к миру.

В этом ракурсе важно подчеркнуть. что коммунизм предстает у Маркса и Энгельса тоже как материальный результат предшествующего развития истории людей. Он не идеальная цель человечества (См.: МАРКС К. Экономическо-философские рукописи 1844 года \ // МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Соч. 2-е изд. Т.42. С.127.), а вполне материальная деятельность людей, в результате которой разрешаются существующие в действительности противоречия, и создаются новые материальные отношения человечества к миру, и соответственно им новые идеи (сознание, мораль и т.д ) о человеке и о мире.

Отсюда в материалистической теории истории коммунизм предстает «действительным, для ближайшего этапа исторического развития необходимым моментом…» (Там же. С.127), содержание которого освобождения человечества от нечеловеческих отношений к миру, созданных самими людьми.

Представляется, что революционерами начала ХХ века коммунизм все же воспринимался в основном как идея, как некая идеальная модель общества, открытая Марксом, и которую путем политического насилия, и только так, можно и нужно претворять в действительность. А мысль, что коммунизм есть не идея, а материальное историческое движение людей, в ходе которого в недрах капиталистического общества люди материально создают новые, человечные отношения, показалась бы в то время оппортунизмом в высшей степени. Да и сегодня кое-кому покажется предательством идей коммунистической революции.

Но как понимать действительное, материальное движение к коммунизму сегодня, в сегодняшнем, раздираемом глобальными проблемами мире? Оно уже есть в реальности или все же существует только в умах в виде очередных утопий о прекрасном будущем человечества?

Э.В. Ильенков отвечал на такой вопрос так:

«В реальности всегда происходит так, что то явление, которое впоследствии становится «всеобщим», вначале возникает как единичное, как частное, как особенное явление, как исключение из правил.

Иным путем в реальности вообще ничего не может реально возникнуть. В противном случае история приняла бы весьма мистический вид…

Если бы новая форма не возникала именно так, она никогда бы в реальность не воплотилась, не стала бы реальностью всеобщей, а существовала бы только в фантазии, лишь в области благого пожелания». (Э.В. Ильенков. Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом мышлении. М., Институт философии АНСССР.1960. С.13)

Надо сказать, что в данный вывод сделан Э.В. Ильенковым на основе анализа истории возникновения товарного обмена по Марксу. Тем не менее этому закону подчинено и движение человечества к человечному обществу, которое по Марксу и есть точка зрения коммунистов. (МАРКС К. Тезисы о Фейербахе. Маркс К., Энгельс Ф. –Соч., 2-е изд..– Т.3. – С.4)

Ведь на самом деле, если непредупрежденным взглядом взглянуть на сегодняшнюю действительность, то мы обнаружим, что рядом с уймой обесчеловеченных отношений к миру, в нашем безумном мире тем не менее уже существует и немало человечных отношений – в иной семье, на ином малом предприятии, в некоторых сообществах людей, занятых распространением знаний, культуры, здорового образа жизни, защитой инвалидов и т.д.

Конечно, вряд ли кто-то из участников такого рода гуманистической, человечной деятельности оценивает ее как движение к коммунизму, тем более что само слово коммунизм сегодня изрядно опорочено. Но ведь и мануфактуристы в далеком ХУ11 веке вряд ли понимали, что создавая централизованную мануфактуру, они тем самым начинали строить новое, капиталистическое общество. Те люди создавали внутри старого общества свое человечное общество соответственно своим потребностям жизни, соответственно своим представлениям о справедливости и свободе, о равенстве и братстве людей, которые, правда имели мало общего с тем, что у них в конце концов получилось на самом деле (но это в скобках).

Хотя людям и свойственно, в отличие от животного, осуществлять свою деятельность с определенной целью, порой выраженной даже виде великой идеи, научной теории, модели прекрасного будущего, тем не менее не идеи правят миром. Между идеей и реальностью всегда образуется люфт, возникает щель, через которую пролезает в действительность совсем не ожидавшееся, горькое черномырдинское “а получилось как всегда”. И в этом одно из существенных противоречий человеческих отношений к миру.

Противоречия между идеальными и материальными отношениями человечества к миру существовали и будут существовать всегда в силу постоянного движения мира и постоянного движения человеческих отношений к миру. В противоречивом единстве материальных и идеальных человеческих отношений к миру кроется своего рода “вечный двигатель” истории человечества. Через практическую, преобразующую мир и человечество деятельность люди снимают противоречия между идеями и реальностью, чтобы вскоре обнаружить возрождение, как феникс из пепла, новых противоречий, их возрождение в ином обличии, но узнаваемом.

Вот эту загадку истории Маркс и Энгельс и попытались разгадать, углубляясь все глубже в сущность человеческих отношений к миру.

Так возникает вопрос о том, каков всеобщий механизм человеческой деятельности (verhalten)? Каким образом человечество преобразовывают мир – мир природы и мир человека?

Как возникают новые человеческие отношения к миру? Существенные стороны человеческой деятельности.

Маркс и Энгельс, отмечают, что отношения людей к природе складываются в результате «обработки природы людьми», а отношения людей к людям в результате «обработки людей людьми» //МАРКС К., ЭНГЕЛЬС Ф. Немецкая идеология // Избр. произв. в трех томах. М., 1980. Т.1. С.29.)

«Обработка природы людьми» и «обработка людей людьми» представляют всеобщее определение двух сторон исторической деятельности людей, посредством которой люди преобразуют природу и преобразуют людей, и соответственно преобразуют отношения людей к природе и отношения людей к людям, т.е. преобразуют свои человеческие отношения к миру.

Обработка людьми природы и обработка людьми людей каждый раз осуществляется в единстве и противоречивости

а)деятельности, направленной человеком на предметы мира, природные или общественные, (Verhalten zum Gegenstand) и обратно идущей от предметов мира, природных или общественных к человеку (gegenstaendliches Verhalten),

б) как овнутривания -присвоение (Aneignung) и овнешнивание (Aeusserung) - выражение во вне человеком предметов мира, и

в) как деятельность (Taetigkeit) и наделение деятельностью (Betaetigung) - соучастие в деятельности –человека и предметов его деятельности.(См. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года Марк К., Энгельс Ф. Соч. – 2-е изд. –Т.42. – С.120; Сравни K.Marx. F.Engels- Kleine oekonomischen Schriften. Berlin.1955. –S.131-132)

Через это триединство Маркс на предельно абстрактном уровне выражает целостность и преобразовательную сущность человеческой деятельности, человеческих отношений к миру, и самого человека. Но при осуществлении этих трех обозначенных сторон человеческой деятельности, каждая из которых сама тоже двусторонняя, всегда и возникает “люфт”, определенный разрыв, противоречие, что толкает человека на новую спираль своей практической деятельности, ради преодоления существующего разрыва и преодоления нового противоречия и т.д.

В данном выступлении я имею возможность лишь напомнить наличие в арсенале материалистической теории истории этих положений, философски очень глубоких, и вскрывающих истоки также и отчуждения от человека его собственной деятельности, его собственных отношений, и его самого от своей человечной природы и от человечного общества, что превращает целостного человека в частичного, его созидательную деятельность в разрушительную, а его отношения к миру в обесчеловеченные.

Дальнейшее развертывание исходных человеческих отношений к миру в новые категориальные ряды я оставляю для последующих встреч.

В.ШЕЛИКЕ, кандидат исторических наук

КРИТЕРИИ СОЦИАЛЬНОГО ПРОГРЕССА

“Коммунист” Tеоретический и политический

журнал ЦК КПСС. 1990, № 7. Стр.46-53

Куда мы шли в 30-е, 40-е, 50-е годы? Вперед? Назад? Куда движемся теперь?

Чтобы ответить на жгучие вопросы, мало лишь гореть праведным гневом по поводу творившихся беззаконий или гадать на кофейной гуще, «что сбудется в жизни со мною». Мало спрашивать себя и других, ведет ли дорога к храму. Надо обладать и надежными критериями для ответа на вопрос, откуда взялось дурное в нашем прошлом и настоящем и как его одолеть.

Однако как определить эти критерии, которые служат заодно и мерой социального прогресса человечества? В чем сущность и конкретное проявление прогресса в наши дни?

Эти вопросы, разумеется, не новы; ответы на них уже даются учеными и публицистами, однако идут эти ответы в столь разных и даже противоположных направлениях, что заставляют вспомнить лебедя, рака и щуку. Когда в среде обществоведов широко распространено обращение лишь к отдельным и усеченным сторонам прогресса, то легко впасть в односторонность или — хуже того — принять регресс за прогресс. Широко распространенное представление о критерии, например, в виде развития производительных сил (понимаемых сугубо технически) то и дело вызывает в студенческих аудиториях чудовищные вопросы о якобы прогрессивности Адольфа Гитлера, строившего автострады, развивавшего германскую промышленность, стимулировавшего химическую индустрию и вообще перешедшего к плановому регулированию экономики. Старшее поколение может от такого хвататься за голову, а молодые твердят свое: развивал или не развивал производительные силы?

Но разве так уж редко наши обществоведы преподносили именно развитие производительных сил в качестве критерия прогресса человечества? Напрочь забывая о человеке — каждом и всех — как цели развития истории.

Оставив эту сложную проблему в стороне как давно решенную Марксом и Энгельсом, важно подчеркнуть другое: для критериев социального прогресса необходимо целостное основание, от которого и есть пошла история человечества. Без нахождения такого системного начала все рассуждения о прогрессе и регрессе не помогут решению этой общей задачи. Однако если относительно исходной «клеточки» политэкономической теории капиталистического способа производства нет сомнений, поскольку она недвусмысленно определена Марксом в «Капитале», то о начале материалистической теории истории в целом нет еще ясности среди философов и историков.

В период, когда рушатся устоявшиеся представления, пересматриваются ценности, само обращение к авторитетам прошлого с тайной надеждой на вразумление по поводу наших нынешних проблем выглядит безнадежным делом. Более перспективными начинают считаться прямые атаки на столпов общественно-научной мысли. В журнальных публикациях объектом суровой критики все чаще становится Маркс как первоисточник наших идейных заблуждений и житейских трудностей. В этом, наверное, ничего предосудительного нет, поскольку рождает столь необходимое нам ощущение гражданской свободы и интеллектуальной раскрепощенности. Многим этот этап просто необходим как предпосылка грядущих успехов в самостоятельной работе мысли. Но при этом нельзя не заметить, что огонь ведется сквозь прицел упрощенной, вульгаризованной теории исторического материализма, построенной но схемам «Краткого курса», которые и завели общество в пучину материального и духовного кризиса. «Теория, овладевшая массами», была проста и скучна и мало что объясняла из того, что происходило и действительности. Но Сталин все еще «с нами», когда Маркса представляют великим или малым утопистом, родоначальником неверной модели, из-за которой сто с лишним лет спустя в сталинских застенках погибали невинные люди.

Стоит, однако, обратиться к самому Марксу, перед которым в сороковые годы прошлого века встал актуальнейший вопрос о том, куда, собственно, идет человечество. Посмотрим, на какой методологической основе решался он Марксом и Энгельсом в той исторической действительности и носит ли ответ всеобщий характер, то есть годится ли для сегодняшнего мира.

Напомним, что в середине прошлого века передовые люди сознавали приближение всеобщей революции, призванной, по их убеждению, разрешить кризис цивилизации. Маркс и Энгельс готовили себя к сознательному участию в грядущем переломе истории и именно для итого бились над выявлением действительных законов развития человечества, дабы, борясь за прогресс в идее, не получить противоположный результат в реальности, как это постоянно случалось в истории еще задолго до Маркса. Иначе говоря, тогда перед Марксом и Энгельсом стояли те же вечные вопросы истории, что и перед нами сегодня. И для ответа на них надо было ухватить начало так, чтобы оно обеспечивало целостность и всеобщность выводов.

С чего начинает Маркс? Из всего многообразия отношений, опутывающих людей и определяющих их бытие, Маркс выделяет отношения человека (человечества) к миру («Экономическо-философские рукописи 1844 года»). Данное отношение есть начало истории на самом абстрактном уровне ее выявления. Вместе с тем оно столь просто, понятно, бесконечное число раз проявлялось в разных обличьях в истории, что осознается людьми и на уровне обыденного сознания. Иными словами, оно не нуждается в доказательстве, а это и требуется для начала исследования.

С отношений человека (человечества) к миру и надо начинать выявление критериев социального прогресса. Сразу обратим внимание на то, что взаимоотношения между миром и человеком — это сегодня самая общая проблема из всех проблем целостного и раздираемого противоречиями мира. Так что данное отношение, как бы ни звучало абстрактно, сразу же наполняемся вполне конкретным содержанием.

Но самое интересное для нас, что выделили Маркс и Энгельс: взаимодействуя с природой и самим собой, человечество на всех ступенях своего развития создавало как человечные, так и обесчеловеченные отношения. Так или иначе люди всегда это понимали и потому ставили перед собой задачу преодоления обесчеловеченности своей жизни, понимая ее, разумеется, по-разному в разные эпохи и в разных своих социальных слоях. Но суть при этом была все же одна: жизнь обесчеловечивалась, когда противоречила природному и общественному существованию и развитию человека (человечества), то есть переставала гармонировать с окружающей средой и природой человека как части этой среды.

В данном ключе социальный прогресс исходно предстает как реальная деятельность реальных людей в реальных условиях их жизни по преодолению обесчеловеченного отношения людей к природе и к себе подобным. Таково гуманистическое определение социального прогресса, которое изначально достаточно глубоко философски и дает возможность вывести его на новые и более конкретные определения.

Полезно вспомнить, что в этом же ключе Марксом дается также исходное определение социальной революции как протеста против обесчеловеченной жизни {К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 1, стр. 447). В массовом сознании смысл его существует как нежелание жить не по-человечески, как желание достойной жизни в человечном обществе и сохраненной природе.

Вместе с тем, переходя с одной ступени развития на другую, люди неизменно обнаруживали, что с развитием новых, человечных отношений постоянно «самовозрождаются» в новой форме и обесчеловеченные отношения. Нынешнее пребывание человечества на грани самоуничтожения вместе с природой служит наглядным тому свидетельством. Подобное, состояние не замкнуто в каких-то национальных, государственных или «общественно-системных» границах. Никто не исключен из экологических проблем, везде присутствует в той или иной мере кризис нравственности, существуют деспоты и доносчики, хамы и взяточники. Сегодня не только печать, но и широкие массы стремятся трезво оценить проблемы общества и широко открывают глаза на обесчеловеченные стороны нашей жизни. А отсюда и одна из формулировок коренных задач перестройки, которую дал еще февральский (1988 год) Пленум ЦК,— «очистить от всего бесчеловечного» идеалы и реальность социализма. И в этом — проявление социального прогресса нашего общества в период перестройки.

Но если и сейчас не удается избежать «самовозрождения» обесчеловеченных отношений к природе и самим себе, то законен вопрос: не проклятье ли это рода человеческого, когда «всякий прогресс в то же время означает и относительный регресс, когда благосостояние и развитие одних осуществляется ценой страданий и подавления других»? (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 21, стр. 68—69).

Такая постановка вопроса в нашем недавнем прошлом могла бы показаться неожиданной, непривычной, но сейчас наше общество ведет поиски причин именно такой — трагической — реализации социального прогресса в 30—50-е годы. Не устранив причин не только политических (в административно-командных формах управления обществом и как следствие в массовых репрессиях), но и социально-экономических, порождавших и поддерживающих именно такой стиль политического управления, не удастся ликвидировать материальную основу превращения людей в винтики, в механических угодливых исполнителей чужой воли, в безынициативных горе-работников, отлынивающих от труда, где только можно, в бездумных отравителей атмосферы, полей, лесов, а фактически и людей вместе с их потомством.

Есть ли что у Маркса на этот счет? Есть, и отнюдь не мимоходом затронуто. Классики не только констатировали, но и анализировали источники постоянного возрождения и противоборства между человечной и обесчеловеченной сторонами жизни. Подходят ли их решения нам, людям конца XX века?

Чтобы ответить, надо знать Маркса не в том виде, в каком он дошел до нас через учебные аудитории,— низведенным до уровня семинариста, упростившего все и вся. Тяжелым наследием сталинщины стало не только лишение нескольких поколений наших соотечественников философского наследия Соловьева или Бердяева, но и косвенное отлучение нас от философии (Здесь надо было “философии Маркса”, но редакция “сократила” –В. Ш.). И вот уже нынешнее поколение убеждено, будто Марксу не было дела до отдельного человека, что оперировал он только классами, боготворил насилие и вообще виноват в наших бедах — убеждено, не читая, не изучая Маркса! Оклеветанный и опошленный догматиками и невеждами, Маркс нам все же более современен, чем мы подозреваем.

В чем же Маркс и Энгельс видели источники обесчеловечения жизни, то есть причины того, что снова мучает и наших современников? В устарелых формах собственности? Да, и в них, но не в качестве первопричины, ибо они искали причину и этой причины. Они шли глубже, в анатомию гражданского общества, и частная собственность была для них сама следствием иных отношений, без преобразования которых люди обречены на повторение порочного цикла.

Ликвидацию частной собственности и эксплуатации человека человеком, которую любой начитанный школьник считает главной задачей социалистической революции, Маркс полагал лишь началом движения, вовсе не исчерпывающим главной цели революции. Еще в 1844 году он прозорливо заметил, что движение «через отрицание частной собственности…», которое начинается с частной собственности, еще не приводит к цели, поскольку на самом деле и тогда «отчуждение человеческой жизни остается в силе и даже оказывается тем большим отчуждением, чем больше его сознают как отчуждение…» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 42, стр. 135—136). Разве не относятся эти слова к целому этапу истории нашей страны, итогом которого стало сегодняшнее разочарование? А между тем, Маркс тогда еще писал, делая вывод из приведенных выше слов, что движение к коммунизму (в 40-е годы прошлого века он не выделял социализм в отдельный этап) «будет проделывать в действительности весьма трудный и длительный процесс» {там же, стр. 136).

Но все же почему он считал, что революция не может свестись к уничтожению частной собственности? Да потому, что сама частная собственность есть следствие отчужденного характера труда. Из эпохи в эпоху прогресс шел через нарастание разделения труда и утверждения господства товарно-денежного обмена продуктами разделенного труда. Все более приобретая общественный характер, когда никто в обществе уже не может сказать «это произвел я один», труд, сохраняя для отдельного индивида тяжесть и непосильность, не является для значительной массы трудящихся источником их индивидуального развития. Между тем каждому для сохранения индивидуального существования в условиях господства товарно-денежных отношений необходимы именно деньги. Деньги дают средства для жизни, уважение со стороны людей, власть, возможности наилучшего образования, путешествий по свету и так далее. В таких условиях обесчеловеченность зиждется на труде, к которому человек либо равнодушен, либо бежит от него, как от чумы {К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 42, стр. 91); на отчуждении трудящегося от условий и продуктов труда, которые на правах частной собственности принадлежат нетрудящемуся (и через деньги обеспечивают последнему существование и развитие); на отчуждении трудящегося от общества, которое развивается за счет отдельного индивида; на отчуждении человека в процессе общения (в силу замены интереса к индивиду интересом к его деньгам, выгоде, пользе, превращения индивида из цели в средство); на отчуждении трудящегося от управления обществом через отчуждение его от государства (люди разделены на управляющих и управляемых); и, наконец, на отчуждении трудящегося от духовной жизни (в силу отсутствия, например, свободного времени или из-за нетворческого характера того или иного общественно необходимого труда, и так далее).

Конкретное выражение отчужденного труда, естественно, различно в капиталистическом обществе середины прошлого века и в обществе конца XX века. Но, думаю, не по этой причине наша обществоведческая литература долго не замечала эту основу экономического, социального и политического учения Маркса, пока мы напрямую не столкнулись с ситуацией, когда одни люди предпочитают ничегонеделание на своем рабочем месте, а другие выбирают жизнь на нетрудовые деньги, добытые взяткой, вымогательством, прямым грабежом и убийством. А дело здесь в том, что для многих людей радость и наслаждение жизнью все еще находятся вне сферы труда. Многие трудятся ради денег, чтобы обеспечить свое существование и развитие, чтобы насладиться жизнью вне и после труда. Винить их за это бессмысленно, поскольку сам процесс труда, хотя и обеспечивает существование через зарплату, но не развивает человека. Более того, отнимает у него физические и духовные силы, необходимые ему для развития. А это и есть один из признаков отчужденного характера труда. Надо говорить и об отчуждении рабочего и крестьянина от продуктов своего труда, поскольку долгие годы колхозник ничего не получал на трудодни, хотя и производил общественно необходимый продукт, а рабочий и сегодня, как правило, не может прямо воспользоваться продуктом своего труда хотя бы через заводской магазин, да и все реже находит его в государственной торговле.( Я писала статью в 1990 году, когда полки магазинов были пустыми !– В.Ш.)

Сохранение отчужденного характера труда при наличии товарно-денежных форм обмена и есть один из существеннейших материальных источников самовозрождения отношений частной собственности — будь то в скрытой от глаз сфере теневой экономики или у всех на виду в государственной сфере со стороны коррумпированной части чиновничества. Владение условиями труда — фондами, правом разрешать или запрещать кооперативы и индивидуальную трудовую деятельность и так далее — есть объективное условие для взяточничества и вымогательства. А что это, как не жизнь за счет труда другого человека, то есть самая элементарная эксплуатация, основанная на превращении государственной собственности в свою, частную собственность? И от Верховного Совета уже не зависит принять ее или нет, ибо она есть, уже давно существует в нашем родном социалистическом обществе. Это если смотреть теоретически грамотно правде в глаза.

Отчужденность труда не преодолеть ни административно-командным постановлением, ни одним лишь демократическим изменением современных форм собственности. Как невозможно отменить тем же манером товарно-денежный характер обмена, чему свидетельство вся наша более чем семидесятилетняя история. Пока в обществе еще существует труд объективно неинтересный, будут и люди, которым субъективно интересней заниматься фарцовкой или проституцией. А попытки перевоспитания отлынивающих от труда через навязывание им в колониях и тюрьмах самого тяжелого и непрестижного труда не может не дать обратного эффекта. .

Снятие отчужденного характера труда и есть основной путь преодоления обесчеловеченной жизни, а тем самым и существенный критерий социального прогресса в современном мире. Движение в этом прогрессивном направлении требует времени, создания и внедрения новых производительных сил, освобождающих человека от труда, его не развивающего физически или духовно, требует целенаправленного перехода к человечным фирмам общения внутри трудовых коллективов, дабы психологически не лишать трудящегося сил прямо на работе, Нужна новая организация труда и многое другое. Иными словами, необходима целая система мёр не только по изменению форм собственности, но и по преодолению всех сторон отчужденного характера труда. И здесь надо суметь уловить те процессы, которые уже реально идут или намечаются в недрах гражданского общества в поисках человечной жизни. Уверена, что волна забастовок имеет одним из источников стихийное или сознательное стремление в равной мере для всех трудящихся преодолеть отчужденный характер труда (в отличие от равного освобождения от эксплуатации и равного отношения к общественной собственности, что было задачей предшествовавшего этапа революции), а не простую «зависть» к высоким заработкам вне государственного сектора.

С отчужденным характером труда — через целую цепочку детерминационных связей — необходимо увязать возможность и опасность возникновения деспотических форм правления на начальном этапе движения к обществу будущего, пока не ставшему действительным, подлинным. Во всяком случае, Маркс уже нащупывал эту связь, когда характеризовал современные ему течения коммунизма, но об этом чуть ниже. Полагаю, что одним из источников сталинщины явилось объективное противоречие между изначальным ожиданием трудящимися быстрого преодоления отчужденного характера труда и его неодоленности в реальной жизни 30—40—50-х годов. Трудовой энтузиазм во имя светлого будущего, удалявшегося во все более невидимые дали, не мог быть вечным. С другой стороны, труд, противостоявший человеку в виде внешней необходимости, требовал в обществе механизмов принуждения. При капитализме эту функцию выполняет экономическое принуждение. Сталин прибег к внеэкономическому принуждению, не только не сняв отчуждения, но еще больше его углубив и расширив. Живучий парадокс состоит в том, что людям, выполняющим тяжелую работу, жизнь кажется легче, когда их принуждают «заниматься нелюбимым делом», чем если они идут на это по доброй воле, в силу, например, общественной необходимости. Отсюда тоска иного труженика по «добрым сталинским временам», когда и дисциплина была и вообще «был порядок». Обесчеловеченность жизни принята в данном случае за данность и не вызывает протеста. А это и есть застой.

Сохранение отчужденного труда до наших дней может к тому же быть рассмотрено как один из источников падения престижа труда и трудового образа жизни у части подрастающего поколения. Более грамотная и личностно более развитая, чем их деды; имеющая возможность существовать за счет труда родителей гораздо более длительное время, чем их предки; получающая в школе трудовые навыки вовсе не в самых интересных, развивающихся отраслях производства, просто не существующих на селе или в маленьком городе,— часть этой молодежи “протестует” против обесчеловечения своей жизни ростом преступности, рэкетом и другими видами уголовщины. Кстати, не иначе было и в середине XIX века, когда в молодежной рабочей среде росли преступления против богатых. Нарастание негативного отношения к труду — также источник застоя.

Нам, пережившим сталинщину и всеми помыслами нацеленным против повторения ужасов той формы правления, конечно, не легче от того. что Маркс уже в 1844 году предвидел появление деспотической формы правления в политическом движении к светлому будущему. Но остановиться подробней на этом месте его работы стоит, поскольку оно дает пищу для размышлений о путях социального прогресса и в наши дни.

В «Экономическо-философских рукописях 1844 года» Маркс анализирует идейные течения современного ему коммунизма и из них выводит три формы движения. Первая форма — коммунизм уравнительный, порожденный завистью. Здесь «непосредственное физическое обладание представляется ему единственной целью жизни и существования; категория рабочего не отменяется, а распространяется на всех людей; отношение частной собственности остается отношением всего общества к миру вещей; наконец, это движение, стремящееся противопоставить частной собственности всеобщую частную собственность…» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 42, стр. 114). Грубый коммунизм повсюду отрицает личность человека, абстрагируется от таланта и как завершение зависти, исходит из представления о некоем минимуме, «из возврата к неестественной… простоте бедного, грубого и не имеющего потребностей человека, который не только не возвысился над уровнем частной собственности, но даже и не дорос еще до нее» {там же, стр. 115). Нетрудно уловить за этой характеристикой определенные черты нашего прошлого в 30-е годы. Однако идеи грубого, уравнительного, казарменного коммунизма распространены и сейчас в самых разных слоях общества. Они живы, например, в потоке писем с требованием одинаковой для всех пенсии («живем же мы на нее!»), в постулате, согласно которому «быть талантливым нескромно», в душераздирающей зависти к ближнему своему из-за дубленки, видеомагнитофона или чего другого — вещного либо духовного. Старшее поколение советских людей и сегодня нередко с удовлетворением вспоминает о 30—40-х годах, что «в те времена все были одинаково бедны и никто особо не выделялся». Отсутствие вещного богатства осталось в памяти как воплощение принципов социальной справедливости, претворенных для большинства людей в жизнь. Полагаю, что такая установка на социализм была массовой в 30-е годы, была одним из источников массового энтузиазма молодых людей, строящих новое общество. Нельзя забывать, что идея уравнительного равенства есть вековая мечта угнетенной части человечества, и упрекать людей за такие иллюзии — дело зряшное, ибо за ними — идея обеспечения условий жизни на земле, гарантия существования. Но… не развития. Тупики такой тенденции людям еще предстоит осознать в полную меру. Этим установкам импонировала также «личная скромность вождя», которая была легендой, умело созданной для народа и прикрывавшей преступления. Идея уравнительного казарменного коммунизма кровавыми методами воплощалась в жизнь и в Китае в период «культурной революции», в Кампучии, в Румынии…

«Таким образом,— заключает Маркс,— первое положительное упразднение частной собственности, грубый коммунизм, есть только форма проявления гнусности частной собственности…». Естественно, что такая линия социального прогресса не может не порождать обесчеловеченного отношения к окружающему миру.

Вторая форма движения к лучшему будущему характеризуется Марксом как коммунизм «еще политического характера, демократический или деспотический; …все еще находящийся под влиянием частной собственности, т. е. отчуждения человека» {там же, стр. 116). И в демократическом, и в деспотическом вариантах коммунизм на этом этапе «уже мыслит себя… как уничтожение человеческого самоотчуждения; но так как он… не постиг еще человеческой природы потребности, то он тоже еще находится в плену у частной собственности и заражен ею»,— отмечает Маркс там же.

Увы, на этом Маркс обрывает определение коммунизма как политического движения, но за его скупыми характеристиками нетрудно предугадать направление мысли о двух формах политического этапа движения к коммунизму — демократической и деспотической. Обе политические формы при всех отличиях сходны в том, что при них еще не устранены условия возрождения частной собственности, так как не ликвидирован в полной мере отчужденный характер труда, отчуждение человека от человека, то есть имеет место обесчеловечение их жизни. Да и сами потребности людей в определенной мере тоже обесчеловечены, хотя и вбирают в себя и действительно человеческие их разновидности. Их противоборство проходит внутри и вовне каждого и всех людей, индивида и общества. В силу этого люди и продолжают оставаться в плену идеи частной собственности — в представлениях о своих потребностях, в понимании человеческого образа жизни, в реализации своих прав и обязанностей по отношению к обществу и отдельному человеку. Эта стадия — тоже еще незрелый, недействительный коммунизм, многие черты которого характеризуют современное состояние общества.

В современных условиях демократизации советского общества, когда движение по пути к «царству свободы» еще не может не носить политического характера (хотя и не только политического!), необходимо трезвое видение и гласное обсуждение всех проблем и направлений, а также реальных сроков ликвидации всех сторон отчужденного труда. В противном случае новые иллюзии станут неизбежным источником новых разочарований и, как следствие,— ожидание правления авторитетного вождя, от которого ждут чуда, при бегстве от труда одних и стремлении жить на нетрудовые доходы — других. А это и есть тупик, более того — движение вспять.

Третья форма движения к обществу будущего по Марксу — это действительное, «положительное упразднение частной собственности— этого самоотчуждения человека», это «подлинное присвоение человеческой сущности человеком и для человека» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 42, стр. 116). К этому человечному обществу, снявшему отчужденный характер труда, человечеству еще предстоит прийти. Однако важно понять, существовала ли уже в действительности — в прошлом и настоящем, еще не торжествуя,— и эта линия движения. Во всяком случае, классики искали ее проявления и в первых объединениях коммунистических ремесленников, открывающих новые человеческие формы общения, и в организациях I Интернационала, то есть не только в идее, но и в действительности. И перед нами сегодня в ходе перестройки, видимо, важно не пропустить все то, что уже вчера и сегодня, пусть робко или недостаточно оформлено, но тем не менее реально и неизбывно существует в жизни как действительное упразднение самоотчуждения человека и, вопреки искажениям формы власти, существовало также и в самые трудные наши годы, питая веру, надежду и энтузиазм масс.

Поскольку идея, будто коммунистический способ производства не может родиться в недрах буржуазного строя, ибо, мол, подчиняется иным законам исторического развития, чем вся предыдущая история, никогда не принадлежала Марксу и, более того, противоречит его концепции материалистического понимания истории, то нам важно не пропустить, а всемерно лелеять и поддерживать ту всемирную общечеловеческую линию социального прогресса, которая ведет к человечным отношениям людей к природе и людей к людям.

Если непредубежденно взглянуть на сегодняшний мир, то мы найдем в самых разных странах и человечную жизнь, строящуюся на гуманных отношениях. За этой жизнью — будущее.

…Наконец, могу потихонечку отреагировать на твое марксистское послание. Главное я тебе уже сказала по телефону – об опасности при таком объеме проблем, что ты пытаешься осилить, принять за Маркса трактовку его теории в учебниках по истмату.

Может быть стоит заранее самому себе и читателю сказать, что ты берешь марксизм в том виде в каком он пропагандировался, каким вошел в виде определенных постулатов в общественное сознание, а сегодня отвергается столь же горячо, как ранее проповедовался. Тогда ты сделаешь полезное дело для преодоления-искоренения вульгаризма в материалистической теории истории и покажешь каким образом официальный “марксизм” (а вовсе не Маркс!) служил тоталитаризму. А заодно ты сможешь также и лягнуть Маркса там, где ты стопроцентный знаток всех работ по данному кругу проблем и с ним не согласен.

Такая работа актуальна и нужна, а кроме всего прочего дает простор для полемики и фантазии и не требует научных доказательств виде ссылок, доказывающих, что Маркс полагал именно так, а не иначе. Да и сами постулаты официального “марксизма” все еще живы в сознании, если не молодого, то во всяком случае среднего и старшего поколения и тоже не требует доказательств, что они, мол, были именно такими.

Ты, конечно. решишь сам, что и как тебе писать. А я пока отреагирую на пару тех проблем материалистической теории истории Маркса, в которых я разобралась и где ты, по моему разумению, как раз и воюешь с ветряной мельницей.

****

Маркса и Энгельса, как рассказал позже Энгельс, заинтересовало, почему беспорядочное движение-деятельность людей, наделенных волей и сознанием, приводит к каким-то совершенно иным результатам, чем “хотели” того их участники. (Ну совсем по Черномырдину - “Хотели как лучше, а получилось как всегда”). Откуда берутся идеи, и почему именно эти, а не другие? Иными словами они стали искать материальные ( т.е. независимые от того, поняты они людьми или нет) законы “практического процесса развития человечества” – таково одно из определений истории Марксом и Энгельсом.. Они искали законы, материальные ( а не объективные!), подобные тем, которые действуют, например, в физике при беспорядочном движении атомов, независимо от того, осознанны они учеными или нет.

********

Ты, конечно, помнишь, что Маркс сто раз возражал против понимания истории вне деятельности самих индивидов, против восприятия ее как некой моральной силы и т.д., стоящей над человеком, вне человека. Боюсь, что в этом ракурсе подход к истории как к независимому объекту, существующему и развивающемуся вне деятельности людей, (взаимодействующих между собой и с природой), по Марксу не имеет права на существование. Нет такого независимого от людей объекта – история.

А революционно-преобразующая деятельность людей вовсе не навязывается кем-то злонамеренным извне истории как «объекту», а присуща “самой истории” (кстати хотим мы того или нет). Революционно-преобразующая деятельность есть способ разрешения противоречий развития человечества еще и потому, что люди наделены сознанием (которое отражает действительность плюс-минус адекватно действительности) и “чувствуют” или “осознают” противоречия в своей повседневной жизни. Другое дело что понимать под революционно-преобразующей деятельностью.

*******

Мысль об возможном и даже желательном участии буржуазии в коммунистическом движении есть у Энгельса в “Эльберфельдских речах”. Впоследствии, по признанию Энгельса они, в силу “поведения “ самой буржуазии от этой позиции отказались. А вот в одном из своих выступлений у Красина на симпозиумах я говорила о том, что на сегодняшней ступени развития человечества сама буржуазия не может не участвовать в спасении жизни на земле (а ведь последнее, в конечном счете, делает необходимым переход человечества к человечному обществу, т.е. к коммунизму), да уже и участвует (другой вопрос в какой степени и как). Так что в вопросе о роли буржуазии в прошлом и в современную эпоху нужен именно конкретно-исторический подход. Глобальные противоречия, не разрешение которых грозит человечеству самоуничтожением, жизненно касаются не только людей, являющихся пролетариями, но и тех людей, которые относятся к буржуазии, (все дышат одним и тем же загазованным воздухом, к примеру).

****

Уничтожение классов. Это еще более запутанная проблема, поскольку в официальном марксизме классы и носители классовых отношений ставились на одну доску, откуда теоретически и следовало на практике физическое (природное) уничтожение людей «не того класса». Между тем у Маркса неслучайно проводится четкая , но, к сожалению, не обнаруженная грань между общественным и социальным, где общественное (сто раз подчеркнуто в разных местах!) не есть совокупность индивидов. Общественные отношения, если хочешь, есть паутина, сеть, структура, взаимосвязь вместедействия, ставящие живого индивида на определенное социальное место в действительной жизни. А революция призвана уничтожать не индивидов старого класса, а именно прежнюю структуру общества, уничтожить классы, но не людей, что она кстати, в конце концов, и делает. Вместе с тем людей, сопротивляющихся революционным преобразованиям через развязывание гражданской войны (последняя вовсе не идеал Маркса, но историческое явление), революция в узком смысле действительно физически уничтожает (как впрочем и самих революционеров одновременно тоже). Официальный марксизм превозносил гражданскую войну как героическое, а не трагическое противостояние людей. А Маркс в “Гражданской войне во Франции” клеймил Тьера за то, что именно он гражданскую войну развязал и навязал! Моих студентов пятидесятых годов всегда поражало, что Маркс(!) гражданскую войну – эдакую “доблесть”, приписывает Тьеру, а не героическим парижским коммунарам, коим по романтическим представлениям моих слушателей и следовало ее начинать.

****

Вопрос: Если в истории, т.е. в практическом процессе развития человечества ломку и уничтожение феодальной структуры общества в свое время взяла на себя буржуазия в союзе с крестьянством, то разве не естественно искать и сегодня тот класс (или классы) людей, который может преобразовать (или уже преобразовывает) сегодняшнюю структуру общества? Чего тут ругаться и думать о «навязывание истории чего-то ей чуждого». При чем тут “некая избранная часть человечества” и навязывание “обществу субъективных целей развития”? Другое дело вопрос о том верно ли найден “могильщик”? Для Х!Х века? Для начала ХХ века? Для сегодняшнего дня на рубеже столетий при наличии атомной и водородной бомб? И найден ли?

Или буржуазное общество с его погоней за прибылью священно и неприкосновенно и оно есть искомое человечеством состояние, когда все равны и свободны, счастливы и не убивают друг друга? И берегут природу внутри и вне себя как зеницу ока? Тогда такой поиск созидательной силы для созидания иной организации общества, конечно, чушь собачья, утопия, насилие со стороны людей, «навязывающих обществу субъективные цели развития» и т.д.

*****

У тебя в тексте есть одна актуальная с точки зрения современного состояния общественного сознания постановка вопроса о «праве на эксперимент». Однако подозреваю, что проблема гораздо сложнее, чем распространенная характеристика Октября 1917 года как «неудачного экспериментирования».

Имел Гайдар право “экспериментировать” с экономикой России по своему теоретическому разумению, обернувшемся экспериментом на выживание для массы людей сегодня? А Путин экспериментировать, дабы силовыми методами войны решить проблемы терроризма одним махом, убивая мальчишек с той и другой стороны?

Боюсь, что морализаторский подход типа «имел или не имел право» к истории вообще бесплоден, поскольку ничего не объясняет, хотя душу облегчает и пар выпускает. Такой ракурс полагает достаточным моральную оценку, без выявления причин именно такого варианта политики , именно такого развития событий в России, а не иного, альтернативного осуществленному пути, и т.д.

Конечно, личность, имеющая власть, великая сила в истории, и это доказал не только Наполеон, но сегодня даже Гайдар. Другое дело, что историческая личность всегда действуют в определенных исторически рамках, и вопрос в том, насколько эти рамки верно осознанны и адекватно определяют конкретные политические действия (да еще и в интересах кого осуществляются эти политические действия?). Но скорее всего ты и сам так собирался ответить на поставленный вопрос и я зря потратила порох.

Но меня давно сердит невежественная оценка Октябрьской революции как эксперимента, мол, навязанного России злодеями большевиками. Или характеристика сегодняшних реформ как происков американского империализма, проводником интересов которого, мол, является Гайдар и Чубайс. Тут получается, что и сторонники демократических реформ и их противники подходят к историческим явлениям с одинаковых, примитивных позиций , да еще и ищут того “кто виноват” и «не имел права». Полное отсутствие способности анализировать историю прошлого и настоящего, одна идеология прет со всех сторон..

*****

Твое утверждение о признаках волевого отношения к действительности у Маркса надо развернуть и доказать. Но имей ввиду. что для Маркса социальная революция это не единовременный акт, а целая эпоха наступления и отступления. А также то, что Маркс уже в 1848 году понимал альтернативность снятия противоречий развития Германии либо под руководством буржуазии в союзе с дворянством, либо пролетариата вместе с мелкой буржуазией, и что только реальные исторические действия и тех и других определят результаты этой революции и т.д. И тогда, возможно, твое обвинение Маркса в волевом подходе к истории отпадет.

*****

Раздел “Материалистическое понимание истории”

Тут у тебя так мало сказано, что и говорить не о чем. Очень уж тезисно. Чтобы доказать, что Маркс действительно пренебрег единством материализма и диалектики, “конкретным механизмом зависимости тех или иных явлений”, возьми его исторические памфлеты “Восемнадцатое брюмера” и “Гражданскую войну во Франции”, а также “Классовую борьбу во Франции” и кучу корреспонденций в Америку об европейских событиях и т.д. и докажи (не докажешь!), что Маркс пользовался только положением о первичности в обществе всего материального.

Ты свел материалистическую теорию истории Маркса к учебникам по истмату, да и тут даже не все факторы назвал.

*****

Твой раздел «Революционное нетерпение Маркса».

Тоже основано на ходячих стереотипах. Хорошо хоть говоришь, что “природное чутье подсказывало Марксу и Энгельсу, что торопить события не надо.” А может быть Маркс все-таки не такой недоумок, который может опираться только на природное чутье? И в его материалистической теории истории существуют еще и такие факторы, определяющие историческое развитие, как отчужденный характер труда, нарастающее разделение труда и расширение общения до всемирного (то, что сегодня «открыли» как глобализацию)? Да есть у него и положение о невозможности коммунизма в отдельно взятой стране и даже регионе!. Все это выкинул Ленин, частично потому. что не знал раннего Маркса, а частично и потому, что был уверен, будто империализм последняя стадия капитализма, исчерпавшего. мол, свой потенциал развития. А не исчерпал!!!

*****

Напомню, что у Маркса есть рассуждения о трех ступенях коммунизма, где первая, основанная на зависти и т.д. как раз и соответствует тому, о чем ты пишешь, когда речь идет о революционной ненависти к угнетателям.

Сюда бы еще и мысль о том, что и коммунистические отношения должны созреть в недрах капиталистического общества, и что Маркс не говорил о том, что коммунизм начинается сверху, захватом власти. А вот Ленин так полагал! Опять и незнание раннего Маркса и много каких-то других причин тому виной. А для Сталина такая трактовка - находка для “теоретического обоснования” тоталитаризма.

****

К рассуждениям о россиянах добавить бы и классическое отчуждение труда, вошедшее в поговорки о работе, которая в лес не убежит, которая дураков любит и т.д. Подозреваю, что Ленин, как и Гайдар, не знали и не понимали менталитет русского народа, кстати очень здравый.

*******

Где у тебя не вошедшее в учебники истмата положение о том. что частная собственность есть следствие отчужденного характера труда? Положение о положительной роли частной собственности и невозможности ее снятия, пока не исчерпана эта положительная роль?

Может быть у тебя в голове все это есть, но то, что ты написал производит впечатление, что порой ты берешься за критику положений марксизма, которые сам научно не исследовал и поэтому влипаешь в распространенные стереотипы “официального марксизма”.

А отсюда мое предложение - на этих авторов и накидывайся, а в тех вопросах, где ты не специалист по Марксу, оставь Маркса в покое.

*****

В конце у тебя мысль о необходимости уничтожить труд. Эту мысль ведь почти никто не понял, вот бы развернуть, а?

*****

Хочу, чтобы ты написал хорошую, нужную книгу, а то, что ты это умеешь, я знаю. И пусть мое активно чтение тебя не огорчит, а вдохновит, ты же меня знаешь - на зло этой Шелике.

Откликнись и я продолжу.

В.Ф.

А теперь о том, что в концепции Ю.Семенова вызвало у меня восторг.

Первое.

Ю.Семенов увидел, что общество и социальный организм суть понятия разного уровня обобщения.

Смешения обоих понятий , восприятие философами-марксистами общества и социального организма как синонимов по Ю.Семенову является одним из источников искажения в учебниках по истмату понимания действительных законов смены общественных формаций в истории человечества.

И Ю.Семенов это доказывает, сначала подробно, почти въедливо перебирая одно за другим те понятия (народ, страна, общество), которые в ходу у истматчиков.

Ю.Семенов ставит перед читателем ряд вопросов и отвечает:

а) Все народы последовательно прошли все четыре формаций (Формулировка из учебника 1959 года)?. Чепуха! Ю.Семенов напоминает, что многие народы исторически возникли намного позже первобытного строя, а другие и вовсе сложились только при феодализме. К тому же многие народы и вовсе исчезли с лица земли задолго до феодализма или капитализма и знали только азиатский способ производства.

Вывод Ю.Семенова: ни один народ не прошел смену всех формаций, большинство народов знает только две – феодализм и капитализм. Истматовский закон о последовательной смены всех общественно-экономических формаций не работает по отношению к народам.

б) Каждая страна прошла смену всех формаций? Это еще одна распространенная истматовская формулировка. Тоже чушь! Франция, в каком-то смысле давно существует как страна на определенной территории (тоже, менявшейся), а вот Германия сложилась как отдельная страна только в конце Х1Х века, в период своего перехода от феодализма к капитализму. А на Востоке страны возникали и исчезали, а способ производства оставался одним и тем же – азиатским. Так что и по отношению к истории разных стран истматовский постулат о законе смены всех формаций снова не работает, доказывает Ю.Семенов.

в) Все общества проходят в своем развитии последовательную смену формаций? А что такое общество? И Ю.Семенов перечисляет варианты использования этого понятия философами –марксистами :

а) Слово общество используется «для обозначения конкретного отдельного общества, являющегося в значительной степени самостоятельной единицей исторического развития»;

б) «Слово «общество» нередко применяется для обозначения той или иной совокупности социальных организмов»;

в) Термин «общество» используется для обозначения всей совокупности всех существующих социальных организмов, т.е. всего человеческого общества в целом» (См. Ю.Семенов. Теория общественно-экономических формаций и всемирная история.1978 г. http://scepsis.rulibrary/print/id_177.html Стр.1)

А есть еще и общество филателистов, оно что ли тоже проходит смену формаций?

Так что и с «обществом» получается немалая путаница для понимания того, для кого смена всех общественно-экономических формаций действительно является законом. Для каждого отдельного общества это не закон; для совокупности обществ тоже не закон. А для человеческого общества в целом? Ставит вопрос Ю.Семенов

Представляю себе, как должны были разволноваться кондовые истматчики, когда Ю.Семенов обнаружил большие противоречия между истматовской трактовкой смены общественно-экономических формаций и реальной историей народов, стран и обществ. Ведь сами истматчики десятилетиями усердно и бездумно проповедовали в своих лекциях и фиксировали в учебниках в качестве святого святых истмата вполне «устоявшиеся положения» , а тут Ю.Семенов вторгается в их ипархию со своими вопросами и возражениями.

Надо сказать, что Ю.Семенов имен авторов учебников в своих статьях и монографиях не называет. Он полемизирует на уровне как бы здравого смысла (на самом же деле на основе колоссального научного багажа по истории человечества), последовательно ищет истину, и никого персонально не задевает. Но маститые авторы, общественно признанные корифеи истмата не могли не заметить того, что Ю.Семенов все-таки еще и очень умный, и на самом деле тычет их носом в самоочевидные несуразицы, ими самими (почему вот только?) не замеченные. Обидно, однако! И опасно для устоев официального марксизма!

Представляю себе, как Ю.Семенову было нелегко!

Ю.Семенов не останавливается на доказательстве наличия противоречий между положением о всеобщем законе смены общественно-экономических формаций и тем, что фактически смена формаций не является всеобщим законом в истории всех народов, всех стран или всех обществ (последних в истматовской трактовке), .

Ю.Семенов предлагает и свой путь снятия противоречий. Для этого Ю.Семенов предлагает:

а) использовать для обозначения отдельных обществ понятие социальный организм или социоисторический организм;

б) для обозначения совокупности обществ использовать понятие совокупность социальных (социоисторических) организмов.

Ю.Семенов подчеркивает, что в «истории человечества невозможно найти даже двух, во всем сходных социальных организмов…Индивидуальностью, неповторимостью отличается развитие каждого социального организма…История Афин отличается от истории Рима, история Англии – от истории Франции, история России – от истории Китая». (Там же Стр.1)

Всеобщим признаком социальных организмов. по Ю.Семенову, является наличие у каждого из них государственной власти, которая объединяет отдельный социоисторический организм или их совокупность в нечто целое.

А, общество, по Ю.Семенову, это понятие иного уровня обобщения: если социальный, социоисторический организм есть понятие для обозначения конкретных исторических субъектов истории, которые возникают, развиваются и исчезают, то общество – это понятие для обозначения типа социоисторических организмов, который  определяется  через понятие общественно-экономическая формация.

В истории, как подчеркивает Ю.Семенов, реально существуют только конкретные социальные, социоисторические организмы (особенное) и не существует общество вообще (всеобщее), как нет овоща вообще, но есть морковь, капуста или картошка.

Ю.Семенов замечает, что последовательная смена всех общественно-экономических формаций (смена типов общества) исторически происходит не в каждом отдельном социальном, социоисторическом организме, и не в каждой их совокупности. Но последовательная смена всех общественно-экономических формаций действительно происходит в истории человечества в целом.

При этом у каждой общественно-экономической формации был центр ее возникновения, развития и угасания, состоявший из определенных (но не всех) социальных организмов. И одновременно с центром всегда существовала и периферия этой формации, т.е. другие социальные, социоисторические организмы, попадавшие под влиянием центра, но жившие и своей жизнью. (Об этом у Ю.Семенова гора книг и статей, очень интересных, к которым отсылаю (есть на сайте http://scepsis.ru/library/print/).

Уже сама идея Ю.Семенова о необходимости разведение понятий общество и социальный организм и привела меня в восторг, поскольку я и сама уже давно поняла (и даже написала об этом), что для Маркса социальные отношения и общественные отношения не синонимы, а понятия разного уровня обобщения. А тут еще один человек фактически приходит к тому же самому выводу, хотя и идет другим путем, чем шла я.

Я в 60 ые годы начала с исследования истматовского постулата о социальной революции как закона смены всех общественно-экономических формаций в истории человечества и тоже обнаружила в учебниках кучу противоречий и нерешенных вопросов (монографий о социальной революции тогда советские философы не писали). Для их разрешения я обратилась к понятию социальная революция у Маркса. Оказалось, что у Маркса есть еще и понятие общественная революция (и не только оно) и их как-то надо развести, ну и пошло-поехало. Пришлось попытаться понять материалистическое понимание истории у Маркса в целом и «вытащить» у Маркса соответствующую целостную систему категориальных рядов материалистической теории истории . Оказалось, что она иная, чем проповедовал официальный марксизм.

А Ю.Семенов начал с истматовского постулата о законе смены общественно-экономических формаций для всех народов, стран и обществ, и тоже обнаружил кучу противоречий и нерешенных вопросов. (Проблем что такое социальная революция Ю.Семенов совсем не касался. Его интересовало только наличие или отсутствие смены формаций в реальных субъектах исторического процесса.). Для разрешения обнаруженных противоречий и чтобы понять, что же происходило в истории на самом деле, Ю.Семенов обратился к всемирной истории в целом, начиная с первобытного общества. И тоже пошло-поехало. Чтобы снять противоречия , Ю.Семенову пришлось развести понятия социальный организм и общество, а в результате плодотворной работы представить читателям иную концепцию смены общественно-экономических формаций в истории человечества, чем ту схему, что проповедовал официальный истмат, официальные представители которого не были профессиональными историкаи.

Второе.

Ю.Семенов обнаружил роль внешнего общения-коммуникации (Verkehr) в смене общественно-экономических формаций, хотя сам термин автор и не употребляет.

В уже упомянутой статье «Марксова теория общественно-экономических формаций и современность» 1998 года Ю.Семенов отмечает, что «существенный недостаток ортодоксального варианта теории общественно-экономических формаций заключается в том, что он концентрирует внимание только на связях «вертикальных», связях во времени, диахронных, и понимаемых крайне односторонне, лишь как связи между различными стадиями развития внутри одних и тех же социально-исторических организмов. Что же касается связей «горизонтальных», т.е. связей синхронных, межсоциорных, то в теории общественно-экономических формаций им не придавалось значения. Такой подход делал невозможным понимание поступательного развития человеческого общества как единого целого, смены стадий этого развития в масштабе всего человечества, т.е. подлинное понимание единства мировой истории, закрывал дорогу к подлинному историческому унитаризму». (http://skepsis.ru/library/print/id_120.html Стр.12)

Горизонтальные связи между социоисторическими организмами « всегда существовали и существуют, а к настоящему времени возникла всемирная их система, – отмечает Ю.Семенов. – Связи между социорами и их системами проявляются в их взаимном воздействии друг на друга. Это взаимодействие выражается в самых различных формах: набеги, войны, торговля, обмен достижениями культуры и т.п.» (Там же. Стр13).

Перечисленные Ю.Семеновым горизонтальные формы взаимосвязей социальных организмов Маркс и Энгельс как раз и относили к разным видам Verkehr (общение-коммуникация), отмечая, что уровень развитие нации зависит не только от внутреннего Verkehr, но также и от ее внешнего Verkehr( общения-коммуникации). А взаимодействие внешнего Verkehr варваров на внутренний Verkehr Рима является по Марксу и Энгельсу одним из факторов смены общественной формации как у варваров, так и в Риме.

И далее Ю.Семенов останавливается на неравномерности развития социальных организмов, существующих в одно и то же время, и указывает на ту роль, которую играют в этом случае горизонтальные связи (т.е. Verkehr) между социальными организмами. Эти связи могут как ускорить так и задержать внутреннее развитие, а то и вовсе уничтожить отдельные социальные организмы.

И здесь у Ю.Семенова много интересного, отсылаю к его работам. Кого интересует общий ход  истории человечества узнает много важного и для понимания исторических процессов современности. Ибо законы, которые вырисовывает Ю.Семенов общие для человечества в целом.

А Маркс и Энгельс как раз занимались историей человечества в целом, выявляя всеобщие движущие силы развития человечества в целом. И тут у меня есть что добавить к тому, что уже есть у Ю.Семенова.

«Добавления» к концепции Ю.Семенова.

В своей монографии «Исходные основания материалистического понимания истории. (По работам К.Маркса и Ф.Энгельса 1844-1846 гг.)». Изд. ИЛИМ. 1991 я попыталась разобраться и в том, каким образом Маркс и Энгельс разводят в «Немецкой идеологии» исходные определения социальной и общественной деятельности (подробно см. сайт). На этом основании семеновское разделение понятий социальный, социоисторический организм и общество должно быть дополнено рядом положений.

Это необходимо и потому, что Ю.Семенов, к сожалению, оперирует теми истматовскими понятиями, в которых нет места живым людям, тем действительным индивидам, которые действительно (в определенных условиях и определенными действиями) делают действительную историю.

Есть у Ю.Семенова один только способ производства материальных благ и общественные производительные силы, которые для него являются основой истории социальных организмов.

Итак, мои добавления.

1) В социальном организме 1) живут, индивидуальной и совместной жизнью, каждый отдельный и все действительные индивиды данного сообщества.

2) Социальная деятельность, которой заняты индивиды в социальном организме исходно определена Марксом и Энгельсом,как

а) создание (erzeugen) людьми средств жизни (чем занят не каждый),

б) создание (erzeugen) людьми новых потребностей жизни и орудий удовлетворения потребностей (чем тоже занят не каждый),

в) создание людьми живых людей (тоже занят не каждый) и социальных отношений между ними.

Без этой созидательной социальной деятельности люди не могут жить (оставаться живыми). Социальная деятельность осуществляется действительными индивидами в социальном организме ради удовлетворения потребностей жизни каждого и разных социальных групп, (и таким образом и всех).

Удовлетворение людьми потребностей жизни тоже носит индивидуальный и групповой характер (пример: каждый принимает пищу, индивидуально поглощая ее, поскольку никто не может поесть за другого, но каждый питается соответственно правилам и возможностям своего сообщества (группы) и т.п.)

Субъектом социальной деятельности (erzeugen, wirken) внутри социального организма являются живые, действительные индивиды, действующие как индивидуально (каждый и не каждый), так и малыми и большими социальными группами (все и не все). Социальный организм – понятие, характеризующее реальный субъект исторического процесса.

Общество – понятие, дающее возможность проникнуть в сущность социальных организмов.

Общественную деятельность Маркс и Энгельс исходно характеризуют как Zusammenwirken, как совместную деятельность людей, как их вместедействие. Соответственно субъектом общественной деятельности являются все люди вместе, связанные в своих действиях в некую целостность.

Субъект общественной деятельности – общество в целом.

Конечно, общество это абстракции, но реальная абстракция, поскольку людей, живущих в социальных организмах и раздираемых там внутренними противоречиями между каждым и всеми, тем не менее, действительно нечто связывает в целостность.

Понятие общество и позволяет выявить ту систему отношений, которая «заставляет» людей Zusammenwirken (вместедействовать), а не Gegeneinanderwirken (противодействовать друг другу), как это сплошь и рядом происходит внутри социальных организмов и в их взаимодействиях друг с другом. Маркс и Энгельс и выявляют, что, в отличие от животных, объединяет людей в человеческое (человечное) общество.

Общество –  как  материальное условие жизни людей, условие сохранения и развития человеческой жизни, создается самим людьми  в процессах производства  и общения (Verkehr):  

а) производства людьми средств жизни (материальных и духовных), средств производства (материального и духовного), средств общения (материального и духовного) и т.д.,

б) производства людьми живых людей (в актах детопроизводства, в воспитании, обучении, и т.д.),

в) производства людьми условий своей жизни, всей системы общественных отношений.

Общество – условие жизни людей, условие сохранения и развития человеческой жизни, создается самими людьми также и

2) в процессах общения-коммуникации (Verkehr), в которых осуществляется движение, циркуляция, обращение, перемещение, распространение, распределение, обмен и т.д. продуктов производства между людьми, между разными родами их деятельности и между условиями их жизни, что связывает людей в общественное целое.

Производство и общение-коммуникация (Verkehr) присущи всем социальным организмами во все исторические эпохи, ибо вне взаимодействия производства и общения невозможна человеческая жизнь.

Производство и общение (Verkehr) создают в жизни людей такие отношения производства и отношения общения между людьми, которые являются условием их вместедействия (Zusammenwirken) и объединяют (соединяют) людей в сообщество, в человеческое (человечное) общество.

Общественные отношения создаются людьми в производстве и общении (Verkehr) независимо от того, осознанны они людьми в их теориях об обществе, или не осознаны ими, и в этом смысле они материальны.

Без производства, общения и общества люди не могут жить, независимо от того, осознают или не осознают они это в своих теориях о человеческой жизни. И в этом смысле производство, общение и общество являются материальными условиями жизни людей.

В этом триединстве производства, общения и общества материальная основа социальной жизни людей в социальных организмах, вопреки тому, что в качестве главного признака социальных организмов сначала даже Гегелю бросалось в глаза наличие государственной власти (что повторил, к сожалению, Ю.Семенов).

Следует добавить, что в период цивилизации общество разделено на классы. Классы создаются людьми через изменения отношений собственности путем нарастания отделения (разделения) трудящегося от условий труда.

Для того, чтобы через труд начался процесс производство средств жизни, трудящегося и условия труда надо как-то соединить. Эти специфические, присущие только периоду цивилизации, общественные отношения по соединению производителя с условиями производства и есть экономические отношения. Именно от того, что экономические отношения суть отношения общественные (в том числе они и отношения производственные и отношения общения), обеспечивающие определенное Zusammenwirken (вместедействие трудящегося и владельца условий труда) и может возникнуть представление о том, что перечисленные понятия синонимы.

Но при этом упускается различие в объеме этих понятий. Так, например, общественные отношения охватывают всю систему отношений производства и отношений общения в обществе, обеспечивающие Zusammenwirken (вместедействие) людей. А экономические отношения характеризуют только часть общественных отношений,– отношения людей только в процессе труда, обмена и в отношениях собственности, и только в период цивилизации.

3) Естественно, что в истории существует целый ряд исторически определенных, различных способов производства, форм общения и общественных структур, а соответственно и типов общества. Это положение и находит свое выражение в понятии общественная формация.

Материальной основой каждой общественной формацией является триединство производства, общения (Verkehr) и общества.

А различаются общественные формации по способам производства, формам общения и общественной структуре.

4) Для того, чтобы определить к какому типу общества принадлежит тот или иной социальный организм и используется понятие общественная формация (для всей истории человечества) и общественно-экономическая формация (для истории человечества в период цивилизации).

Типы общественных формаций действительно последовательно сменялись в истории человечества в целом, а не в каждом социальном организме отдельно. Ю.Семенов тут абсолютно прав. А далее все по Ю.Семенову, повторяться не буду. Картина смены общественных формаций в истории человечества у Ю.Семенова многогранная. Хотя и обходится без социальных революций.

Вытащила из сайта http://scepsis.ru/library/print/ кучу статей и книг 1978-2003 годов Юрия Семенова. Читаю их с двойным чувством – с восторгом, поскольку автор человек думающий и генерирующий идеи; и одновременно с грустью, поскольку автор хотя и сторонник материалистического понимания истории, но в основном опирается не на Маркса, а на истмат с которым сам и воюет.

И, удивительное дело, даже на истматовском методологическом основании Ю.Семенов открывает в историческом процессе и противопоставляет официальному истмату многое из того, что на самом деле уже есть у Маркса. Так, например, , уделяя большое внимание взаимодействию социальных организмов Ю.Семенов по существу обнаруживает внешне общение-коммуникацию (Vehrkehr) как действительный фактор смены общественных формаций в истории человечества.

Но истматовский понятийный аппарат, к сожалению, ставит автора в определенные рамки и мешает еще глубже проникнуть в суть им же поднимаемых и разрабатываемых проблем. Думаю, что характерно не только для Ю. Семенова.

Я сама в своей книге «Социальная революция: общее и особенное», написанной в 1975 году, страдала тем же недостатком. Я воюю в этой монографии с распространенной среди советских философов ограниченной дефиницией социальной революции (как Ю.Семенов справедливо воюет с усеченным истматовским пониманием процесса смены общественных формаций). Но при этом я сама в своей системе доказательств в этой книге зачастую не выхожу за рамки официального истмата (на что верно обратил внимание Завалько).Так что проблема зависания в наших в головах истмата в какой-то мере общая. И решать ее надо сообща.

Эти заметки по поводу работ Ю.Семенова и продиктованы необходимостью преодоления официального истмата, если мы искренне хотим выявить методологические основы материалистического понимания истории, открытые Марксом еще в 1945 году, и развивать их дальше.

С этого и начну.

Величайшим открытием К.Маркса Ю.Семенов считает созданное К.Марксом в содружестве с Ф.Энгельсом материалистическое понимание истории. В теории Маркса, как и в любой другой теории, согласно Ю.Семенову, есть центральное ядро, которое остается в силе и сейчас. (Ю.Семенов. Марксова теория общественно-экономических формаций и современность. 1998 г. стр.1. http://skepsis.ru/library/print/id_120.html).

Это ядро Ю.Семенов сводит к шести теоретическим положениям.

1) Первое положение состоит в том, «что необходимым условием существования людей является производство материальных благ». (Там же)

Такая формулировка производства как производства материальных благ очень распространена, но не соответствует определениям производства Марксом и является истматовским изобретением. У Маркса люди производят не материальные блага, а средства жизни – пищу, одежду, жилище и т.д.(!), и не только это(!), а производят также и свою материальную жизнь, свои жизненные отношения, да и самих живых людей тоже. А еще люди производят и свою духовную жизнь, свои картины жизни, свои представления о самих себе, о своих потребностях в средствах жизни и всяческие теории о своей истории в придачу и т.д. Эту целостность исходного определения производства у Маркса Ю.Семенов не замечает.

Более того, производство живых людей (детопроизводство по Ю.Семенову), которое по Марксу и Энгельсу создает первое социальное отношение в истории человечества – семью, согласно Ю.Семенова вообще « не совместимо с основными положениями исторического материализма» (Там же. Стр.2). Но то, что для «производства материальных благ» вообще-то элементарно нужны кем-то произведенные на свет живые люди, которые могут и будут производить «материальные блага», Ю. Семеновым как-то упускается из виду. Да и то, что и какие-то материальные условия жизни, позволяющие производить «материальные блага», людям также необходимы для их существования, тоже потеряно.

Кстати люди на всем протяжении своей истории производят не только средства жизни, но весьма усердно производят также и средства смерти, которыми могут служить не только специальные орудия индивидуального или массового уничтожения людей, но и пища (алкоголь), одежда (содержащая вредные красящие вещества), жилище (которое может рухнуть), людей-воинов, обученных убивать и т.д. И парадокс – производство средств смерти для убийства одних людей, одновременно служит средством жизни для других людей (например, для работников, занятых в военном производстве или для строителей, построивших заведомо сейсмонеустойчивый дом). Такая вот диалектика истории.

Производство человеческой жизни на всем протяжении предистории человечества (т.е. до коммунизма), как заметил Маркс, осуществляется людьми одновременно с производством людьми и обесчеловеченной жизни.

Однако пары понятий «средства жизни и средства смерти» для характеристики способов производства у Маркса нет. Думаю, что их стоило бы ввести при анализе противоречий способов производства в прошлой истории человечества, так и для понимания противоречий способа производства современной эпохи.

В материалистической теории истории Маркса категория «производство» выполняет функцию обоснования положения о том, что сами люди, а не бог, не черт, не Абсолютный Дух или еще какая-то иная чистая или нечистая сила, производят человеческую жизнь, «делают историю». А Ю.Семенов через несистемное, ограниченное определение производства как производства материальных благ сужает место категории «производство» в материалистической теории истории.

У Ю.Семенова производство, скорее всего, исходно обозначает хозяйствование – в сельском хозяйстве, в промышленности, в тех сферах деятельности людей, где действительно производятся «материальные блага», (но производятся также и не блага - средства смерти, напоминаю!).

Семеновское исходное положение о производстве материальных благ не «клеточка» теории, а лишь кирпичик, который по-истматовски положен в основание фундамента существования человечества и материалистического понимания истории. Маловато.

Подобное сужение марксовой дефиниции производства служит одним из источников экономизма (чем Ю.Семенов в какой-то мере страдает), и уверенности в том, что производственные отношения и экономические отношения суть синонимы (этим Ю.Семенов грешит. См.Там же.Стр.1).

2) «Второе положение исторического материализма состоит в том, что производство всегда носит общественный характер и всегда происходит в определенной общественной форме…» (Там же. Стр.1) – пишет Ю.Семенов.

Второе положение должно было бы вытекать, или по крайней мере быть как-то логически связанным с первым. Этого нет. Просто провозглашается постулат об общественной форме производства, а не просвещенному читателю предоставляется верить или не верить автору на слово.

А вот если бы уже первое, исходное положение о производстве было построено в виде целостной «клеточки», то переход к общественной форме производства можно было бы представить более наглядно. Напоминаю:

В процессе производства своей жизни, люди а) производят живых людей, средства жизни, и материальные условия своей жизни, жизненные отношения. Тем самым люди овнешнивают (Aeusserung) свою деятельность в виде продуктов производства (как результаты своего труда, но не только труда!).

Известно, что люди производят продукты производства не как Робинзоны на отдельных островах и не только для своего личного, индивидуального потребления, но и для других людей (первоначально для детей и стариков). Поэтому людям необходим также и процесс общения- коммуникации (Verkehr), без которого произведенный продукт не может быть «доставлен в пункт назначения» и быть использован.

В процессе общения-коммуникации (Verkehr), осуществляется циркуляция, передвижение между людьми (а также в их деятельности и в материальных условиях их жизни) продуктов производства. Происходит овнутривание (Aneignung) людьми продуктов производства (через присвоение, обмен, распределение, дарение, наследование, грабеж, приватизацию, национализацию и т.д.). Формами общения-коммуникации (Verkehr) являются торговля и войны, переселение (добавим от себя и выселение) народов, отношения собственности и многие другие роды деятельности, объединенные Марксом и Энгельсом в Verkehr.

Циркулирующие продукты (Produktion) производства «сшивают», связывают людей, их деятельность и материальные условия их жизни отношениями общения-коммуникации (Verkehrsverhaeltnisse). Для осуществления общения-коммуникации (Verkehr) люди используют ими же произведенные средства общения (телеги и железные дороги, деньги и кредитные карточки, язык и интернет и т.д.).

Продукты производства через средства общения в процессе общения-коммуникации объединяют людей в некую целостность, в сообщество людей, в общество, в котором люди вместедействуют (Zusammenwirken), даже когда они этого не осознают.

Система общественных отношений возникают как результат вместедействия (Zusammemwirken) людей в производстве и в общении-коммуникации (Verkehr). Производство и общение-коммуникация осуществляются людьми в сообществе людей, в обществе людей, что также является исходным условием их жизни. Потому производство (добавим и общение - коммуникация ) и носят общественный характер.

В истмате понятие общение-коммуникация (Verkehr) начисто отсутствует, и Ю.Семенов раскрывает свое второе положение об общественном характере поизводства без Verkehr: «Общественной формой, в которой идет процесс производства, является система социально-экономических или, как еще называют их марксисты, производственных отношений» (Там же. Стр.1), – пишет Ю.Семенов. Полагаю, что эта мысль Ю.Семенова мало что объясняет. Социально-экономические отношение и производственные отношения, согласно Ю.Семенова, к тому же почему-то оказывается синонимами.

3) Третье положение, которое Ю.Семенов выделяет как существенное для материалистического понимания истории, сводится к тому, что «производство может происходить в разных общественных формах. Таким образом существует несколько типов общественного производства. Эти типы были названы способом производства».

Это верно.

Но я добавила бы в третье положение, (уж если взять за основу семеновскую попытку изложения ядра материалистической теории истории Маркса), и мысль о том, что общение-коммуникация (Verkehr) тоже может происходить в разных формах, и соответственно существует несколько типов общения, что отражено Марксом и Энгельсом в понятии формы общения (Verkehrsform). Кроме того и тип организации, cтруктура вместедействия людей ( система общественных отношений) в обществе также могут быть разным. Это выражено у Маркса в понятии общественная формация.

Каждая общественная формация в истории человечества основывается на соответствующем способе производства и соответствующей форме общения-коммуникации (Verkehr) и соответствующих им отношениях производства и отношениях Verkehr.

4) Далее Ю.Семенов ставит вопрос «почему в одну эпоху господствовала одна система экономических отношений, в другую – другая, в третью – третья» (Там же. Стр.1) И отвечает на него так: «В основе смены системы экономических отношений, а тем самым и основных способов производства лежит развитие производительных сил. Таково четвертое положение». Этот вывод у Ю.Семенова вытекает из того, что «характер экономических (производственных) отношений определяется уровнем развития общественных сил, создающих общественный продукт, т.е производительных сил общества». (Там же. Стр.1).

Снова производственные отношения и экономические отношения у Ю.Семенова синонимы. Только так и непонятно, зачем нужны два разных понятия, если оба выражают одно и то же? Появляется еще одно понятие – производительные силы общества, содержание которого, однако, Ю.Семеновым не раскрывается. Жаль. Боюсь, что не просвещенный читатель снова ничего не поймет.

Осуществляя далее переход к пятому положению, Ю.Семенов пишет, что «все вообще экономические отношения не зависят от сознания и воли людей. И существуя независимо от сознания и воли людей, экономические отношения определяют интересы как групп людей, так и отдельных людей, определяют их сознание и волю, а тем самым и их действия». (Там же. Стр.1)

Можно подумать, что люди так никогда и не пытались осознать свои экономические отношения. На самом же деле экономические отношения в виде понятий и разных концепций даже очень крепко существуют еще и в головах и книгах ученых-экономистов, и теориями ученых политики тоже нередко руководствуются. Да и революционеры меняют экономические отношения в соответствии со своими представлениями и теориям о переустройстве мира. И это называется «существованием независимо от сознания и воли людей»?

Экономические отношения, как и все другие виды человеческих отношений к миру создаются людьми в единстве и противоречивости материальных и идеальных человеческих отношений к миру. В этом методологическом ключе Маркс вовсе неслучайно раздвоил и производство на материальное производство и на духовное производство. А у Ю.Семенова налицо непреднамеренное упрощение, та вульгаризация, что присуща истмату, когда бытие и сознание представляются в виде двух непересекающихся параллелей, одна из которых порождает другую и где нет места осознанному бытию (т.е. есть Bewusstsein, но нет bewusste Sein).

Стоит также напомнить, что Маркс и Энгельс исходно выводят сознание из действительного процесса жизни людей (так определено бытие). А действительная жизнь людей не сводится Марксом к экономике. Согласно Марксу люди живут  еще  и социальной жизнью, политической жизнью и духовной жизнью, и вся совокупность действительной жизни людей определяет их сознание (поскольку является предметом их раздумий и теорий). Но продукты сознания людей (теории, заблуждения представления о сущем и т.д.), конечно. обратно воздействует на действительную жизнь людей, ибо тоже определяют действия людей (и не только ученых и политиков). Человек этим и отличается от животного (в том числе и от известной пчелы, строящей соты).

Но стремление Ю.Семенова найти ядро материалистического понимания истории только и исключительно в производстве, понимаемом как экономика (и без учета раздвоения производства на материальное и духовное производство), невольно ведет автора к тому примитивному экономизму, который Маркс и Энгельс отвергали, о чем Ю.Семенов сам хорошо знает. Знает, но тем не менее Ю.Семенов делает заключение: « Таким образом, система экономических (производственных) отношений является не чем иным, как объективным источником общественных идей…». (Там же. Стр.1). Одна только экономика определяет общественное сознание! И ничего другого нет!

Скучно так жить, господа.

5) «Пятое положение исторического материализма – это тезис о материальности экономических (производственных) отношений. Система экономических отношений материальна только в том смысле, что она – первична по отношению к общественному сознанию». (Там же. Стр.1)

А то, что экономические отношения существуют в жизни людей также и как правовые отношения в политике и как нравственные постулаты в морали куда подевать? И вообще, что такое в конце концов экономические отношения по Ю.Семенову? Они раздвоены на материальные и идеальные? Да или нет? Нет ответа.

Далее Ю.Семенов замечает: «Суть нового марксова материализма – в материалистическом понимании истории». (Там же. Стр.2) Эта мысль служит автору переходом к характеристике понятия общественно-экономическая формация.

«Согласно материалистическому пониманию истории система экономических отношений является основой, базисом любого конкретного отдельного общества», – пишет Ю.Семенов. «Общества, имеющие своим фундаментом одну и ту же систему экономических отношений, основанные на одном способе производства, относятся к одному типу, общества, основанные на разных способах производства, относятся к разным типам общества. Эти выделенные по признаку социально-экономической структуры (еще одно необъясненное Ю.Семеновым понятие – В.Шелике) типы общества получили название общественно-экономических формаций. Их столько, сколько существует основных способов производства». (Там же. Стр.2). (В скобках замечу, что у Маркса есть еще и понятие общественная формация, без приставки «экономическая». И это, наверное, не просто так, тем более, если производственные отношения и экономические отношения все-таки не синонимы.

Экономические отношения, в отличие от производственных отношений, характерны только для периода цивилизации, их не было в первобытном обществе и не будет в коммунистическом обществе. Такая точка зрения уже существует сегодня в литературе. Но это, повторяю, в скобках.

Из сказанного выше Ю.Семенов выводит шестое положение.

6) «Подобно тому, как основные способы производства представляют собой не только типы, но и стадии развития общественного производства, общественно-экономические формации представляют собой такие типы общества, которые являются одновременно и стадиями всемирно-исторического развития. Это шестое положение материалистического понимания истории» (Там же. Стр.2)

С этим нельзя не согласиться.

Смена общественно-экономических формаций в истории человечества и стало предметом глубокого исследования Ю.Семеновым. И на этом поприще и произошло «столкновение» исторической концепции Ю.Семенова с догматами истмата (например на подобие того, что в своем развитии, мол, каждый народ проходит последовательную смену всех известных общественно-экономических формаций).

Исследование реальной истории смены формаций (включая Восток) вынуждают Ю.Семенова опровергать это положение истмата и выходить за пределы им самим провозглашенных шести положений (ядра) материалистического понимания истории, заставляя вводить новые понятия, которых нет и не было в учебниках по истмату.

Конечно, Ю.Семенову приходилось не легко в отстаивании свой концепции которая выходила за пределы им истмата.

Подведем итог: что же остается в сухом остатке от шести положений материалистического понимания истории Ю.Семенова?

1) Ядро материалистичесого понимания истории у Ю.Семенова сводится к понятиям из учебников по истмату: производство материальных благ, способ производства, общественные производительные силы, общественно-экономические формации.

В этих понятиях нет места живым людям, действительной человеческой жизни, действительным жизненным отношениям, всего того, с чего Маркс и Энгельс начинают обоснование материалистического понимания истории.

2) Как в истмате нет места общению-коммуникации (Verkehr), так нет его и в семеновской ядре материалистического понимания истории.

3) Понятия «производственные отношения», «экономические отношения», «социально-экономические отношения» не разведены по содержанию и в этом разделе подаются Ю.Семеновым как синонимы.

4) По существу Ю.Семенов пытается найти в материалистическом понимании истории один единственный фактор, определяющий жизнь (историю) людей. Это ведет автора к экономизму,

5) Вывод: Материалистическое понимание истории предстает у Ю.Семенова в усеченном, истматовском варианте.

И очень жаль, что самостоятельно думающий сторонник материалистического понимания истории, нацеленный на развитие теории Маркса, сам не занимается марксоведением. Но на такое дело может не хватить и жизни.

А потому необходимо научное сотрудничество исследователей законов истории человечества и марксоведов. Иначе не освободится от груза истмата в головах ученых, как сторонников Маркса, так и его противников.

(Читать далее))