§ 5. Всеобщие определения действительных революций | Вальтраут Шелике

 Другие мои страницы...

§ 5. Всеобщие определения действительных революций

Исходные основания материалистического понимания истории (монография)
ГЛАВА II

<< к началу монографии << назад

Действительная революция
Действительную революцию К.Маркс и Ф.Энгельс определяют в “Немецкой идеологии” в ходе полемики со Штирнером, отстаивая, что особенно важно, именно исходные посылки материалистической теории истории как методологическое основание для научного определения действительной революции.
Полемизируя со Штирнером, сводившим по существу революцию к идеологическому “бунту”, К.Маркс и Ф.Энгельс противопоставляют штирнеровской воображаемой революции действительные (wirkliche) революции /59/
К.Маркс и Ф.Энгельс подчеркивают, что, в отличие от Штирнера, они исходят из действительно существовавших действительных революций, которые можно констатировать чисто эмпирическим путем. Авторы “Немецкой идеологии” вскрывают методологическую слабость штирнеровского понимания революции, которая заключается, во-первых” в том, что Штйрнер исходит из двух посылок - человек и условия. При этом “на одной стороне у него “изменение существующих условий”, а на другой “люди”, и обе стороны совершенно оторваны друг от друга. Санчо не подумает о том, что … эти условия никогда не могли измениться без того, чтобы изменялись люди” /60/. Во-вторых, штирнеровская революция “есть все что угодно, но только не деяние” /61/.
К.Маркс и Ф.Энгельс вскрывают, во-первых, идеалистическое понимание Штирнером революций, во-вторых, недиалектический подход при определении ее сторон и, в-третьих, отрыв революции от деятельности действительных индивидов.
В противоположность Штирнеру К.Марксом и Ф.Энгельсом революция понимается материалистически. Стороны ее связаны в диалектическое единство, когда ни одна сторона не существует без другой, а изменение одной ведет к изменению и других сторон. И главное для К.Маркса и Ф.Энгельса - “революция есть деяние” /62/ и, как следует из контекста, - это определенные социальные и политические деяния. Субъектом действительной революции по К.Марксу и Ф.Энгельсу, в отличие от Штирнера, который выводил революцию из некоего чистого “Я”, являются действительные, существовавшие во всякой революции индивиды /63/. Материальными условиями, обстоятельствами, обусловливающими действительную революцию, К.Маркс и Ф.Энгельс называют в полемике со Штирнером отношения индивидов и их потребности /64/.
Исходным и завершающим полемику со Штирнером является знаменитое положение о том, что в “революционной деятельности (”Д” В.Ш.) изменение самого себя (”И” В.Ш.) совпадает с преобразованием обстоятельств (”мУ” В.Ш.)” /65/.
Нетрудно заметить, что формулировки этого широко известного положения строятся в методологическом ключе трех исходных посылок материалистической теории истории. Разворачивая в “Немецкой идеологии” на самых различных уровнях содержание противоречий между действительными индивидами, акциями их деятельности и материальными условиями их жизни. К.Маркс и Ф.Энгельс обосновывают вывод о необходимости революции, дают ей исходное целостное определение. Революция предстает как практически преобразующая деятельность (”Д”) действительных индивиде (”И”), вырастающая из определенных материальных условий жизни людей (”мУ”). Революция - способ преобразования действительных индивидов, их деятельности и материальных условий их жизни.
Такое определение есть самое абстрактное определение действительных революций. Оно и самое всеобщее и служит методологическим основанием для осуществления целостных определений революции на каждом новом, более конкретном уровне анализа человеческой действительности.
Интересно обратить внимание и на то, что коммунистическая революция также получает определения на основе исходной первоклеточки материалистической теории истории. Коммунистическая революция представляет собой действительную революцию. Она осуществляется через революционно-преобразующую деятельность (пролетарскую революцию) действительными индивидами (пролетариатом) в определенных материальных условиях жизни людей (в капиталистических общественных отношениях) с целью коренного преобразования человеческой действительности.
Коммунистическая революция есть преобразование действительных индивидов, их деятельности и материальных условий жизни действительных индивидов.
Коммунистическая революция как действительная революция отличается от прежних действительных революций тем, что “при всех прошлых революциях характер деятельности всегда оставался нетронутым, всегда дело шло только об ином распределении этой деятельности, о новом распределении труда между иными лицами, тогда как коммунистическая революция выступает против существующего до сих пор характера деятельности…. (”Д”), отмечают К.Маркс и Ф.Энгельс” /166/.
Вместе с тем, коммунистическая революция отличается от всех предшествующих революций и тем, что она совершает переворот во всех прежних материальных условиях жизни людей и, представляя собой новый способ объединения, “есть создание материальных условий этого объединения” /67/ (”мУ” -В.Ш.). А, наконец, коммунистическая революция есть самоизменение действительных индивидов, “массовое изменение людей, которое возможно только в практическом движении, в революции; следовательно, революция необходима не только потому, что никаким иным способом невозможно свергнуть господствующий класс, но и потому, что свергающий класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества (”И” -В.Ш.)”,— заключают К.Маркс и Ф.Энгельс /68/.
Такое определение содержания коммунистической революции абстрактно, оно последовательно разворачивается К.Марксом и Ф.Энгельсом на все более конкретные определения. Данное определение, построенное на методологическом основании исходных посылок материалистической теории истории, отличается от определения коммунистической революции, построенного на методологическом основании определений человеческого отношения к миру, более конкретным уровнем анализа. Коммунистическая революция предстает как действительная революция.
Необходимо подчеркнуть, что проблемы человеческого самосовершенствования, доброй или недоброй сущности человека и т.д. всегда волновали умы человечества и испокон века были философскими проблемами. К.Маркса и Ф.Энгельса тоже занимали вечные вопросы человечества и решали они их в системе материалистического понимания истории. И в этом направлении они и находят подлинно научное объяснение источников развития и самоизменения людей, четко определяя, что действительные индивиды определяются способом их деятельности и характером их материальных условий жизни. А, отсюда, изменить себя действительные индивиды могут, только изменив способ своей деятельности и характер материальных условий своей жизни. Это открытие не было просто новым пожеланием или новым спасительным рецептом, рожденным в очередном воображении очередного философа - спасителя человечества. Это было открытие действительного содержания действительных революций, уже совершавшихся действительными индивидами в их исторической действительности.
Вскрывая источники революций в истории людей, К.Маркс к Ф.Энгельс анализируют и противоречия, присущие каждой из сторон исходных посылок. Тогда источники революции предстают в виде противоречий между действительными индивидами: например, классом буржуазии и классом феодалов, классом пролетариев и классом буржуазии. Источниками революций являются и противоречия в акциях деятельности действительных индивидов: например, противоречия между капиталистическим способом производства и феодальным способом производства. Источниками революций являются и противоречия в материальных условиях жизни действительных индивидов: например, противоречия между прошлыми и настоящими общественными отношениями. Вся совокупность таких противоречий отражается в сознании действительных индивидов, совершающих революцию.
К.Маркс обращает внимание на противоречия в общественном сознании, источником которых являются противоречия между прошлыми и настоящими материальными условиями жизни действительных индивидов. Об этом идет речь, например, в самых первых абзацах “Восемнадцатого брюмера Луи Бонапарта” при анализе событий 1848-1852 гг. во Франции. Приведем этот фрагмент полностью, поскольку в нем, наряду с определениями революции, дается также обозначение противоречия в революционном сознании, проанализированного в ключе противоречия прошлого и настоящего и жизни и сознании людей. К.Маркс пишет: “Люди сами делают свою историю, но они ее делают не так, как им вздумается, при обстоятельствах, которые не сами они выбрали, а которые непосредственно, имеются налицо, даны им и перешли от прошлого. Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых. И как раз тогда, когда люди как будто только тем и заняты, что переделывают себя и окружающее, и создают нечто еще небывалое, как раз в такие эпохи революционных кризисов они боязливо прибегают к заклинаниям, вызывая к себе на помощь духов прошлого, заимствуют у них имена, боевые лозунги, костюмы, чтобы в этом освященном древностью наряде, на этом заимствованном языке разыграть новую сцену всемирной истории” /69/.

Развертывание определений действительной революции
Разворачивая на все более конкретных уровнях анализа определения исходных посылок, К.Маркс и Ф.Энгельс соответственно углубляют определения действительной революции через новые категориальные ряды. Каждый ряд соответствует новому кругу определений действительных индивидов, акций их деятельности и материальных условий их жизни.
Так, например, через цепь дальнейших определений, отражающих исторический процесс становления и развития истории людей, К.Маркс и Ф.Энгельс придут к выводу: “Люди являются производителями своих представлений, идей и т.д., именно люди, обусловленные способом производства их материальной жизни, их материальным общением и его дальнейим развитием в общественной и политической структуре (подчеркнуто нами - В.Ш.)” /70/.
В приведенной цитате действительные индивиды предстают как обусловленные производством, общением, общественной и политической структурой. Соответственно, для преобразования действительных индивидов’ (”И”) им самим необходимо преобразовать способ производства материальной жизни (”Д”), материальное общение (”Д”), общественную и политическую структуру (”мУ”). Это и осуществляется людьми в истории через действительные революции, предстающие как “революции способа производства”, “революции форм общения”, “общественные революции” и “политические революции”.
Всесторонне анализируя отношения действительных индивидов к их акциям деятельности и отношения действительных индивидов к материальным условиях их жизни, К.Маркс и Ф.Энгельс неоднократно подчеркивают, что, с одной стороны, действительные индивиды сами создают акции своей деятельности и материальные условия своей жизни. Однако, с другой стороны, акции деятельности действительных индивидов преобразовывают самих действительных индивидов, а материальные условия их жизни также предписывают действительным индивидам определенный способ их жизни. Конкретизируя эти положения через определения акций деятельности действительных индивидов в виде производства, К.Маркс и Ф.Энгельс отмечают, во-первых, что способ производства есть “определенный способ деятельности данных индивидов” /71/, и, во-вторых, подчеркивают то, что “индивиды” собой представляют, совпадает, следовательно, с их производством: совпадает как с тем, что они производят, так и с тем, как они производят. Что представляют собой индивиды - это зависит, следовательно, от материальных условий их производства” /72/.
Такому определению действительных индивидов через способ производства (”Д”) и через материальные условия производства (”мУ”) соответствуют и определения революции как коренного изменения действительными индивидами способа производства и коренного изменения ими материальных условий производства. Отсюда в понятийном аппарате марксистской теории революции у К.Маркса и Ф.Энгельса есть соответствующие понятия “революция в производстве” /73/, “революций в материальных условиях процесса труда” /74/, а также “революция в производственных отношениях” /75/.
Соответственно, история человечества предстает по К.Марксу и Ф.Энгельсу как последовательная смена способов производства и им соответствующих производственных отношений. Это хорошо известно как одно из основных положений исторического материализма.
Менее изучено определение К.Марксом и Ф.Энгельсом истории как с м е н ы ф о р м о б щ е н и я, что является одной из центральных идей концепции материалистического понимания историй в “Немецкой идеологии”.
Отметим, что действительные индивиды получают определения и через данный вид акций деятельности людей. К.Маркс и Ф.Энгельс подчеркивают, что в концепции материалистического понимания истории “речь идет о действительных, действующих (wirkende) людях, обусловленных определенным развитием их производительных сил и соответствующим этому развитию общением, вплоть до его отдаленнейших форм” /76/.
Отсюда следует необходимость определения действительной революции и как революции способов общения, форм общения, отношений общения - производной от революции отношений производства, ею определяемой, но и ее определяющей.
И, наконец, поскольку история людей есть история смены способов совместной деятельности людей, т.е. смена общественных ступеней /71/, то действительные революции предстают как практическое ниспровержение реальных общественных отношений /78/, как общественные революции.
При дальнейших разворотах исходного определения действительной революции она предстает как “революция производственных отношений”, как “революция отношений общения”, как “революция общественных отношений”. При этом революции производственных отношений и революции отношений общения являются материальным основанием общественной революции, ее неотъемлемыми сторонами.
Эти положения станут более очевидными во второй части нашей монографии, в которой мы непосредственно перейдем от всеобщего, абстрактного уровня анализа человеческой действительности к более конкретному анализу р а з в и т и я человечества через развитие производства, развитие общения, преобразование общественной организации людей /79/. В данном разделе мы лишь наметили основные направления разворотов определений действительной революции.
Надо сказать, что в курсе исторического материализма понятие “действительная революция” практически не используется. Это, на наш взгляд, представляет собой определенное обеднение того категориального ряда, в котором К.Маркс и Ф.Энгельс выводили определения понятий “действительное”, “действовать”, “действительность” до определений “действительная революция”, поскольку теория революции есть составная часть марксизма.
В определениях действительной революции заложено целостное основание для характеристики ведущих, существенных направлений революционно-преобразующей деятельности, которые необходимы для действительного самоизменения людей, осуществляемого через изменение людьми характера своей деятельности и характера материальных условий своей жизни. Системной характеристикой действительной революции марксизм опроверг односторонние, зачастую утопичные и иллюзорные теории и представления о возможности изменения людей только через их воспитание, самоусовершенствование, только через критику существующего и другие методы, предлагавшиеся различными теоретиками. Без ликвидации капиталистического способа деятельности и капиталистических материальных условий жизни, т.е. без ликвидации людьми нечеловеческих условий их жизни, созданных самими людьми, невозможен переход к человечному обществу и общественному человеку, т.е. к коммунизму.
Исходное определение действительной революции К.Маркса и Ф.Энгельса служит методологическим основанием последовательного разворота всей структуры марксистско-ленинских понятий революции, на разных уровнях абстрагирования отражающих революционный процесс в целом. Системность исходных определений действительной революции обеспечивает системность анализа революционного процесса.
Последующие развороты действительной революции на новые определения и новый ряд понятии будут рассмотрены в следующей главе работы.

>> далее

актуализировано 19. Dezember 2007