§ 3. Социальные и общественные отношения | Вальтраут Шелике

 Другие мои страницы...

§ 3. Социальные и общественные отношения

Исходные основания материалистического понимания истории (монография)
ГЛАВА III

<< к началу монографии << назад

Четвертый исторический акт деятельности людей
Охарактеризовав единство трех сторон социальной деятельности, К.Маркс и Ф.Энгельс продолжают:
”Производство жизни как собственной, посредством труда, так и чужой, посредством деторождения выступает сразу же в качестве двоякого отношения: с одной стороны, в качестве естественного (naturliche), (т.е. природного - В.Ш.), а с другой - в качестве общественного отношения …” /29/. Тут же К.Маркс и Ф.Энгельс дают и наиболее всеобщее и абстрактное определение “общественному”, продолжая: “общественного в том смысле, что здесь имеется в виду совместная деятельность (Zusammenwirken) многих индивидов, безразлично при каких условиях, каким образом (Weise) и для какой цели” /30/.
Социальная деятельность суммируется теперь в понятии “производство жизни”. При этом социальная деятельность есть производство жизни как каждого действительного индивида, производящего собственную жизнь, так и производство жизни других людей, производство жизни всех. Оба процесса - производство /”Д”/ людьми /”И”/ собственной жизни каждого /”мУ”/ и производство /”Д”/ людьми /”И”/ чужой жизни всех /”мУ”/, - в свою очередь, так же двойственны. Они выступают как природное и как общественное отношение, т.к. обусловлены и природой, и обществом.
Определив природную и общественную двойственность производства жизни собственной и чужой, К.Маркс и Ф.Энгельс переходят к характеристике четвертого исторического акта деятельности людей. Он определяется как “совместная деятельность” (Zusammenwirken) людей, как общественная деятельность людей, также существующая с самого начала истории людей по сей день.
Сразу обратим внимание на первичное определение общественной деятельности через Zusammenwirken. Во-первых, нетрудно увидеть определенное логическое единство в первичных определениях действительных индивидов, как действующих (wirken) и в первичных определенных общественных действительных индивидов как “вместедействующих”, совместно действующих (Zusammenwirken). На многозначность глагола wirken - действовать - мы уже обращали внимание. Напомним, что он включает в себя по своему семантическому богатству самые различные созидательные роды деятельности людей и, вместе с тем, вбирает в себя и значение кажимости. Отсюда Zusammenwirken - это и совместная кажимость, т.е. то, как действительные индивиды в своем сознании вместе представляют себе свою жизнь, свое бытие. В Zusammenwirken – вместедействии — семантически присутствует возможность разворота общественной деятельности в материальную общественную деятельность и в идеальную общественную деятельность – в общественное сознание. Хорошо известно, что К.Маркс и Ф.Энгельс осуществят такой разворот в знаменитом положении о том, что общественное бытие определяет сознание людей /31/, поскольку сознание (Bewuβtsein) “никогда не может быть чем-либо иным, как осознанным бытием (bewuβte Sein), а бытие людей есть реальный (wirkliche) процесс их жизни” /32/.
В реальном (wirkliche), т.е. действительном процессе своей жизни действительные индивиды определенным образом действуют (wirken) и определенным образом вместе действуют (Zusammenwirken). Между данными всеобщими родами деятельности людей существуют определенные тождество и различие, существующие между социальной и общественной деятельностью людей. Вместе с тем, социальная и общественная деятельность представляет собой две стороны диалектического единства и не существуют одна вне другой.
Что отличает совместную деятельность людей (Zussmmenwirken), на основе которой образуются общественные отношения от действий людей (wirken), которые в социальной деятельности предстают как создание людьми средств жизни, орудий удовлетворения, людей и отношений между людьми?
Во-первых, в первичных своих определениях социальная деятельность включает деятельность каждого, действия каждого действительного индивида отдельно, индивидуально. Здесь действия всех действительных индивидов включают действия каждого. В свою очередь, общественная деятельность в первичных своих определениях предстает как вместедействие многих и всех действительных индивидоввместе, совместно, исходно абстрагируясь от индивидуальных действий каждого действительного индивида.
Социальная деятельность исходно предполагает и включает в качестве своего материального основания наличие индивидуальных и общественных действий действительных индивидов, индивидуальную и общественную жизнь действительных индивидов. А общественная деятельность, общественные действия исходно предполагают и включают в качестве своего материального основания только действия многих, действия некой совокупности действительных индивидов, действия сообщества действительных индивидов, определенным образом между собой связанных и организованных в некое целое. Общественные действия создают общественную жизнь действительных индивидов.
Во-вторых, в первичных своих определениях социальная деятельность предстает как производство материальной жизни людей, как материальная жизнь, производимая каждым и всеми действительными индивидами. Общественные отношения, основанные на вместедействии действительных индивидов, представляют собой определенную организацию производства людьми своей материальной жизни. “Та или иная организация материальной жизни”, - подчеркивают К.Маркс и Ф.Энгельс, - “зависят, конечно, каждый раз от развившихся уже потребностей, а порождение этих потребностей, равно как и их удовлетворение, само есть исторический процесс…” /33/. Организация материальной жизни принимает в истории разные формы - сперва в виде общественной организации, обходящейся без государства, затем в виде общества, образованного через государство, а затем при коммунизме снова в виде общественной организации без государства, снимающей антагонистические противоречия каждого и всех в социальном процессе жизни.
Организация материальной жизни людей в виде определенного сообщества людей, в виде общества действительных индивидов сложилась исторически. Первоначально она была обусловлена, как и предшествующие стороны социальной деятельности, отношениями людей к природе. Не “вместедействуя”, люди не могли шагнуть из мира природы в мир человека, более того элементарно, не могли жить, выжить в борьбе с силами окружающей их природы. А это значит, что вместедействие и образуемое на его основе сообщество, общество, общественные отношения представляют собой, как и предшествующие стороны социальной деятельности, жизненные отношения людей, необходимые всем для жизни, и являющиеся продуктом их “вместедействия”.
”Что же такое общество, какова бы не была его форма?” - спрашивает К.Маркс в письме к П.В. Анненкову и отвечает: “Продукт взаимодействия людей” /34/ Общество является средством жизни людей, которое все люди вместе и в отдельности ставят между собой и природой в отношениях людей к природе и в отношении людей к людям. Посредством общества они преобразуют природу, а вместе с тем и себя самих.
Общество есть и орудие удовлетворения потребностей жизни людей, поскольку именно через сообщество в качестве члена определенного общества и его подразделения все и каждый в отдельности удовлетворяют свои потребности жизни каждого и всех, обеспечивая производство необходимых всем средств через труд не всех членов сообщества.
На определенной ступени исторического развития продуктом общества, разделенного на классы, становится государство, “Государство есть продукт общества на известной ступени развития, - писал Ф.Энгельс, – государство есть признание, что это общество запуталось в неразрешимое противоречие с самим собой, раскололось на непримиримые противоположности, избавиться от которых оно бессильно. А чтобы эти противоположности, классы с противоречивыми экономическими интересами, не пожрали друг друга и общество в бесплодной борьбе, для этого стала необходимой сила, стоящая, по-видимому, над обществом, сила, которая умеряла бы столкновение, держала его в границах “порядка”. И эта сила, происшедшая из общества, но ставящая себя над ним, все более и более отчуждающая себя от него, есть государство” /35/. Государство также выступает средством жизни, но в пользу угнетающего класса, поскольку без государства экономически господствующий класс не может жить, не может удовлетворять свои потребности жизни, не может держать в узде угнетенный класс. При помощи государства угнетающий класс приобретает политические “новые средства для подавления и эксплуатации угнетенного класса” /36/.
Каждая историческая ступень развития людей характеризуется своим, определенным способом совместной деятельности людей, всегда связанной воедино с определенным способом производства: способом производства жизни людей, как собственной, так и чужой; способом производства средств жизни; способом производства потребностей и орудий удовлетворения потребностей. Общество связано с определенным способом социальной деятельности людей, с определенным способом производства материальной жизни, определенной формой общения. А, следовательно, общественные отношения меняются и они суть исторические отношения /37/.
Итак, если социальная деятельность и соответственно социальные отношения исторически включают в себя всю совокупность всех акции деятельности людей и индивидуальные, и общественные, то общественная деятельность - “вместедействие” людей, и, соответственно, общественные отношения - включают те роды деятельности людей и те их отношения, в которых люди действуют как целое, как сообщество, как общество.
Это различие весьма существенно для материалистического понимания и с т о р и и. В истории всегда действуют, и этого К.Маркс и Ф.Энгельс никогда не забывали, отдельные индивиды, наделенные индивидуальной волей, собственным сознанием, страстями и желаниями, целями, и в которой, как подчеркивает Ф.Энгельс “результаты на деле вытекающие из этих действий, вовсе нежелательны” /38/. “Каков бы ни был ход истории, продолжает Ф.Энгельс, люди делают ее так: каждый преследует свои собственные, сознательно поставленные цели, а общий итог этого множества действующих по различным направлениям стремлений и их разнообразных воздействий на внешний мир - это именно и есть история. Вопрос сводится, стало быть, также к тому, чего хочет это множество отдельных лиц… А с другой стороны, возникает новый вопрос: какие движущие силы скрываются, в свою очередь, за этими побуждениями, каковы те исторические причины, которые в головах действующих людей принимают форму данных побуждений” /39/. Отыскать эти движущие силы в самой истории людей и было задачей, которую К.Маркс и Ф. Энгельс решили в “Немецкой идеологии”.
Наличие в истории, с одной стороны, действий отдельных живых действительных действующих людей, с другой стороны, действий по различным направлениям множества людей, и заставляет К.Маркса и Ф.Энгельса выделить из социальной деятельности людей (в которой действуют каждый и все живые люди) специально общественную деятельность (в которой вместедействуют в истории именно все как множество людей). Это множество связано в определенную общность через материальные, от сознания людей не зависящие отношения друг с другом, связано общественными отношениями.
Заметим, что В.И.Ленин, определяя в свое время предмет изучения марксистской социологии, писал: “Социолог-марксист, делающий предметом своего изучения определенные общественные отношения людей, тем самым уже изучает и реальных личностей, из действий которых и слагаются эти отношения” /40/. Таким образом, в предмет марксистской социологии, изучающий социальный процесс жизни людей, включаются отношения общества и личности, каждого и всех.
Вместе с тем, можно заметить, что во многих определениях социальной деятельности, какие различия ни существовали бы при этом у разных авторов, субъектами социальной деятельности почти всегда выступает только та или иная совокупность действительных индивидов, и очень редко фигурирует отдельный действительный индивид в его индивидуальном жизненном процессе. И даже тогда, когда авторы пишут об индивиде, то имеют в виду не отдельного, конкретно-исторического действительно индивида, каким является Петр или Иван в действительности, а о некоем “совокупном индивиде”, абстрактном, почти винтике. Из социального процесса жизни людей оказывается выброшенным отдельный человек, игнорируется специфическая человеческая личность, потребности ее индивидуального развития, удовлетворяемые среди других индивидов, организованных в общество. И продолжает существовать в современной философской литературе отдельно проблема содержания социальных отношений и социальной структуры общества, отдельно проблема взаимодействия личности и обществ и отдельно, уже мало дискутируемая, проблема определения социальной революции. Притом чаще всего внимание авторов сосредоточено на анализе социальной структуры, совпадающей с общественной структурой, тоже состоящей из классов, сословий, каст, наций, народностей, рода, общины. Однако в социальном процессе жизни через общности, в рамках общностей живет и действует каждый отдельный действительный индивид, через них связанный с о всеми действительными индивидами. А в общественной структуре действуют множества индивидов, связанных в общности. Сами общности и связи между сословиями, классами, нациями и т.д. являются структурой и элементами общественной жизни людей. Общественные отношения, в рамках которых живут и действуют живые люди как множество индивидов, как некая целостность, расчлененная на определенные подразделения - семью, сословия, классы и др. - представляет собой то системное качество, которое определяет специфически человеческий способ жизни людей, специфически человеческий способ производства, специфически человеческий способ общения.
Общественные отношения как способ вместедействия людей определяют характер социальной деятельности каждого действительного индивида, социальную жизнь каждого действительного индивида, социальное положение каждого действительного индивида, живущего и действующего среди всех действительных индивидов, организованных в общество.
”Общественные отношения – это, прежде всего связи, способ соединения отдельных групп людей в соответствии с видом деятельности, общественными функциями и условиями их выполнения. Они представляют собой системообразующий фактор, обеспечивающий целостность данной системы, ее функционирование и развитие” /41/. Добавим: это - то системное качество, которое определяет способ функционирования, свойства элементов системы каждого действительного индивида.
В этой связи попутно обратим внимание на еще одно определение действительных индивидов К.Марксом и Ф.Энгельсом, данное в “Святом семействе”, в работе, предшествующей “Немецкой идеологии”. Определение индивиду дается как “действительному, т.е. живущему /”Д”/ в современном обществе /”мУ”/ человеческому субъекту/”И”/, принимающему участие /”Д”/ в страданиях и радостях этого общества” /”мУ”/ /42/.
Такое определение с еще одной стороны дополняет ранее приведенные определения действительных индивидов, как действующих, материально производящих, материально общающихся, на которых мы останавливались в предыдущей главе нашей работы.
Отношения индивидов и общества - не одностороннее отношение. В марксистской философской литературе неоднократно подчеркивалось, что К.Маркс и Ф.Энгельс снимают антиномию индивида и общества, преодолевая в одинаковой мере и робинзонаду, т.е. представления о существования в действительности отдельного индивида, и подход к обществу как к Левиафану, пожирающему людей. Общество в одинаковой мере есть продукт совместной деятельности каждого и всех действительных индивидов, как и каждый и все действительные индивиды есть продукт развития их совместной деятельности развития общества. Действительные индивиды не существуют вне общества, и общество не существует вне действительных индивидов. И открытие диалектического единства индивида и общества, личности и общества, индивидуального бытия и общественного бытия людей - одна из существенных заслуг К.Маркса и Ф.Энгельса перед человечеством. Они открыли действительное содержание социальной деятельности людей, действительное содержание социального процесса жизни людей, содержание социальных отношений, из которых не выброшена ни личность, ни общество.
Однако это отношение определяет лишь одну из сторон социальной деятельности людей, социального процесса их жизни, социальных отношений.
Вторая сторона, и этого никак нельзя забывать, состоит в том, что не менее существенным является и отношение каждого и всех действительных индивидов с природой, включенной в социальную деятельность людей. В свою очередь и природа обратно воздействует на каждого и всех действительных индивидов. И открытие значения этой стороны социальной деятельности людей - также одна из великих заслуг К.Маркса и Ф.Энгельса, обнаруживших подлинно земную, человеческую основу истории.
А потому К.Маркс и Ф.Энгельс, отстаивая концепцию материалистического понимания истории, постоянно подчеркивают, что из истории нельзя выкидывать ни людей в их общественной организации, ни людей в их природной организации, т.е. нельзя выкидывать ни общество, ни природу.
Поскольку в обществоведческой литературе довольно прочно утвердилось противопоставление природного и социального в жизни людей, рассмотрим этот вопрос подробнее.

Социальная деятельность как диалектическое единство природного и общественного отношений
Начнем с того, что К.Маркс и Ф.Энгельс подчеркивают двусторонность процесса производства жизни, выступающего одновременно как природное и как общественное отношения. Это относится ко всем сторонам социальной жизни, в чем нетрудно убедиться, если с этой точки зрения еще раз обратиться к определениям первых исторических актов деятельности людей как неотъемлемых трех сторон социальной деятельности.
Уже создание средств жизни ради удовлетворения потребностей жизни включает в себя именно диалектическое единство и природного и общественного. Во-первых, средства жизни создаются людьми в процессах их отношений с природой и в процессах их отношений друг с другом, с обществом. Во-вторых, средствам жизни присуще как природные, так и общественные качества: пища, питье, одежда, жилище, служат тому наглядным примером. В-третьих, потребности, ради удовлетворения которых люди создают средства жизни, тоже выступают в качестве двояких потребностей - потребностей природных и потребностей общественных, присущих живым людям. Каждому живому индивиду без исключения присущи и природные и общественные потребности в той или иной форме.
А, отсюда, процесс удовлетворения потребностей и процесс создания новых потребностей, т.е. вторая сторона социальной деятельности, также предстают как единство природного и общественного. Процесс удовлетворения потребностей осуществляется людьми как природный процесс, поскольку сами люди входят в природу, и как общественный процесс, поскольку люди входят в общество. Создаваемые людьми новые потребности, создаются как новые природные и новые общественные потребности. По мере развития людей и развития людьми науки о человеке, люди все глубже постигают свои действительные природные потребности, удовлетворение которых, например, несовместимо с обжорством, а необходимо на основе рационального питания. Хотя хорошо известно, что в прошлые эпохи, вследствие всеобщего распространения голода, именно обжорство общественно считалось наивысшим наслаждением по удовлетворению потребностей в пище, и сегодня, даже в социалистическом обществе существует престижная и не престижная пища и т.д.
И, наконец, третья сторона социальной деятельности сама за себя говорит о природной и общественном характере процессов продолжения рода человеческого. Кроме того, новые от ношения, создаваемые людьми по мере роста числа людей и роста их потребностей, образуются как новые социальные отношения людей к природе и как новые социальные отношения людей друг к другу, т.е. тоже как природные и общественные отношения.
В этой связи интересно отметить, что уже в “Экономическо-философских рукописях 1844 года” К.Маркс определяет отношения мужчины и женщины как двойные отношения, как отношение людей к природе и как отношение людей к людям. К.Маркс писал в 1844 году: “Непосредственным, естественным (natuеrliche), необходимым отношением человека к человеку является отношение мужчины к женщине. В этом естественном родовом отношении - отношение человека к природе - непосредственно заключено его отношение к человеку, а его отношение к человеку есть непосредственным образом его отношение к природе, его собственное природное предназначение. Таким образом, в этом отношении проявляется в чувственном виде, в виде наглядного ф а к т а то, насколько стала для человека природой человеческая сущность, или насколько природа стала человеческой сущностью человека. На основании этого отношения можно, следовательно, судить о ступени общей культуры человека. Из характера этого отношения видно, в какой мере человек стал для себя родовым существомм, стал для себя человеком и мыслит себя таковым. Отношение мужчины к женщине есть естественнейшее отношение человека к человеку. Поэтому в нем обнаруживается, в какой мере естественное поведение человека стало человеческим, или в какой мере человеческая сущность стала для него естественной сущностью, в какой мере его человеческая природа стала для него природой. Из характера этого отношения явствует также, в какой мере потребность человека стала человеческой потребностью, т.е. в какой мере другой человек в качестве человека стал для него потребностью, в какой мере сам он, в своем индивидуальнейшем бытии, является вместе с тем общественным существом” /43/.
Отсюда явственно видно диалектическое единство природного и общественного в третьей стороне социальной деятельности людей.
Но не только отношения мужчины и женщины, но и другие отношения, создаваемые людьми по мере роста числа людей и роста их потребностей, образуются как новые социальные отношения в диалектическом единстве - отношений людей к природе и отношений людей к людям, т.е. как природные и как общественные отношения. Пища как товар, например, имеет и ту и другую стороны.
”Внесение” природы в историю людей, в социальную деятельность людей является одним из существеннейших методологических, материалистических принципов материалистического понимания истории и совсем неслучайно в “Немецкой идеологии” К.Маркс и Ф.Энгельс неоднократно находят отличие своей точки зрения от предшествующей философии истории именно в том, что из истории ранее выбрасывалась природа, исключалась земная основа исторической деятельности, земная основа социальной деятельности людей. Так, К.Маркс и Ф.Энгельс пишут, например: “Все прежнее понимание истории или совершенно игнорировало эту действительную основу истории, или же рассматривало ее лишь как побочный фактор, лишенный какой бы то ни было связи с историческим процессом. При таком подходе историю всегда должны писать, руководствуясь каким-то лежащим вне ее масштабом; действительное производство жизни представлялось чем-то доисторическим, а историческое чем-то оторванным от обыденной жизни, чем-то стоящим вне мира и над миром. Этим самым из истории исключались отношения людей к природе, в результате чего создавалась противоположность между природой и историей. Эта концепция могла видеть в истории поэтому только громкие политические деяния и религиозную, вообще теоретическую, борьбу, и каждый раз при изображении той или другой исторической эпохи она вынуждена была разделять иллюзии этой эпохи” /44/. А отсюда “действительное производство жизненных средств и самой жизни” такая философия истории “заменяет в своем воображении религиозным производством фантазии” /45/.
Необходимо подчеркнуть, что попытки дать определения социальной деятельности людей вне отношений людей к природе, также споры о том, входит ли природное в социальные качества людей, по существу представляют собой попытку исключить природу из истории, т.е. лишить историю той ее стороны, без которой люди не могут жить и не могут делать историю и без которой они историю и не делают.
Представляется целесообразным продумать только что приведенные определения К.Марксом отношений мужчины и женщины как единства природного и человеческого отношения, применительно ко всем трем сторонам социальной деятельности. Наметим такой подход к процессу удовлетворения людьми потребностей жизни.
Удовлетворение людьми потребностей жизни всеобщая сторона для всех трех сторона социальной деятельности. Данный процесс является необходимым, естественным (natuеrliche), природным отношением человека к природе, в котором его отношение к природе есть и непосредственное отношение к человеку. Каждый человек ради жизни удовлетворяет свои природные и человеческие потребности жизни, и процесс удовлетворения потребностей жизни обнаруживает в каждом насколько естественное поведение (Verhalten) человека стало человеческим, или в какой мере человеческая сущность… стала для него природой…, в какой мере потребность человека стала человеческой потребностью, в какой мере сам он, в своем индивидуальнейшем бытии, является вместе о тем общественным существом” /46/.
Можно согласиться с определениями введенного ныне понятия “социализация “, которое дает, например Л.И.Спиридонов: “… социализация обобществляет индивидов путем включения в систему общественных отношений, сопровождающегося наделением их социальными свойствами. Она воспроизводит людей как членов общества, как персонификация экономических функций, как членов классам, как граждан и субъектов права, т.е. в таких общественных определениях, которые выражают принадлежность человека к социально-оформленным коллективам” /47/. Такое определение в целом, общепризнанно. Вместе с тем, к нему, по нашему убеждению, необходимо добавить и то, что социализация есть также оприроднивание человека путем включения его в человеческую природу, сопровождающегося наделением его социальными свойствами как человечески-природными, исходящими от очеловеченной природы. И в этом случае социализация воспроизводит людей, но как человечески-природных существ – людей, как части природы, как персонификацию носителей не только отношений людей к людям, но и отношений людей к природе вне и внутри себя.
Именно эта сторона определений социальной деятельности, данная еще К.Марксом и Ф.Энгельсом, весьма существенна для нашего времени, когда экологические, демографические, космические и др. проблемы человечества все очевиднее с грозящими катастрофами врываются в социальную деятельность современных людей, порождая в людях новые потребности и новые противоречия в процессах удовлетворения людьми потребностей жизни, вызывая новые социальные конфликты.
Обнаружив в социальной деятельности как производстве жизни людей две стороны - природную и общественную, - вырастающие из отношений людей к природе и отношений, людей к людям, основоположники марксизма далее развивают положения о двусторонности социальной деятельности людей и в других работах. Весьма характерным примером этому служит работа Ф.Энгельса “Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека”. Ф.Энгельс подробно анализирует здесь две стороны производственных действий людей - природную и общественную.
Охарактеризовав несколькими примерами активно-преобразующую производственную деятельность людей по отношению к природе, в которой последствия оказываются непредвиденными для людей, Ф.Энгельс, утверждая единство человека с природой, пишет: “И так на каждом шагу факты напоминают нам о том, что мы отнюдь не властвуем над природой…, не властвуем над ней так, как кто-либо находящийся вне природы, что мы, наоборот нашей плотью, кровью и мозгом принадлежим ей и находимся внутри ее, что все наше господство над ней состоит в том, что мы, в отличие от всех других существ, умеем познавать ее законы и правильно их применять” /38/. И чем более человечество будет постигать законы природы и действовать, учитывая и более отдаленные последствия своего активного вмешательства в нее, “тем невозможнее станет то бессмысленное и противоестественное представление о какой-то противоположности между духом и материей, человеком и природой, душой и телом, которое распространилось в Европе со времени упадка классической древности и получило наивысшее развитие в христианстве” /39/.
И далее Ф.Энгельс, переходя от природной к общественной стороне производственной деятельности людей, продолжает: “Но если уже потребовались тысячелетия для того, чтобы мы научились в известной мере учитывать заранее более отдаленные естественные (natuеrliche) последствия наших, направленных на производство, действий, то еще гораздо труднее давалась эта наука в отношении более отдаленных общественных последствий этих действий” /50/. И снова Ф.Энгельс приводит целый ряд примеров непредвиденных общественных последствий производственной деятельности людей.
Приведем эту цитату полностью, поскольку она наглядно демонстрирует способы разворота Ф.Энгельсом общественной стороны социальной деятельности на основе ее природной определенности. По существу, Ф.Энгельс анализирует общественные последствия производственной деятельности людей, начиная с первой стороны социальной деятельности - с последствий производства средств жизни - определенной пищи, питья и т.д. Приведем данный текст: “Распространители картофеля в Европе не знали, что они одновременно с мучнистыми клубнями распространяют и золотуху… Но что может значить золотуха в сравнении с теми последствиями, которые имели для жизненного положения народных масс целых стран сведение питания рабочего населения к одному только картофелю? Что значит золотуха по сравнению с тем голодом, который в 1847 году постиг в результате болезни картофеля Ирландию и который свел в могилу миллионы питающихся исключительно или почти исключительно картофелем ирландцев, а два миллиона заставил эмигрировать за океан! Когда арабы научились дистиллировать алкоголь, им и в голову не приходило, что они этим создали одно из главных орудий, при помощи которого будут истреблены коренные жители тогда еще даже не открытой Америки. А когда Колумб потом открыл эту Америку, то он не знал, что этим он пробудил к новой жизни давно исчезнувший в Европе институт рабства и положил основание торговле неграми. Люди, которые в ХVII и ХVIII веках работали над созданием паровой машины, не подозревали, что они создают орудие, которое в большей мере, чем что-либо другие, будет революционизировать общественные отношения во всем мире и которое, особенно в Европе, путем концентрации богатства в руках меньшинства и пролетаризации огромного большинства, сначала доставит буржуазии социальное и политическое господство, а затем вызовет классовую борьбу между буржуазией и пролетариатом, борьбу, которая может закончиться только низвержением буржуазии и уничтожением всех классовых противоположностей. Но и в этой области мы, путем долгого, часто жестокого опыта и путем сопоставления и анализа исторического материала, постепенно научаемся уяснять себе косвенные, более отдаленные последствия нашей производственной деятельности, а тем самым получаем возможность подчинить нашему господству и регулированию даже и эти последствия.
Однако для того, чтобы осуществить это регулирование, требуется нечто большее, чем простое познание. Для этого требуется полный переворот в нашем существующем до сего времени способе производства и, вместе с ним, во всем нашем теперешнем общественном строе” /51/.
Так Ф.Энгельс доводит предельно сжатый разворот общественных последствий первой стороны социальной деятельности - производства средств жизни в виде пищи и т.д. - до обоснования необходимости общественной революции, совершающей полный переворот в буржуазном способе производства и буржуазном общественном строе.
Такое определение производственной деятельности людей как двустороннего отношения природного и общественного вытекает из методологической основы социальной деятельности людей, в том числе и производства средств жизни, сохраненной основоположниками марксизма и в более поздний период обоснования материалистического понимания истории.
Диалектическое единство человека с природой и обществом как основа содержания и результат социальной жизни людей имеет ряд ступеней развития. На предшествующих коммунизму ступенях существуют антагонистические противоречия между людьми и природой, а также между людьми и обществом, личностью и обществом. На данных ступенях исторического развития люди действовали и действуют зачастую противно своей собственной природе. Это проявляется, например, в попытках церковников средневековья лишить человечество телесной организации. И если такое и не удавалось в реальной жизни, то, во всяком случае, в религии и в философии прошлого человек нередко предстает именно как бестелесный. В предшествующей истории людей, и особенно при капитализме, социальная жизнь строилась и отроится на таких отношениях между каждым и между всеми, между индивидом и обществом, что “только ценой колоссального расточения сил отдельного индивидуума обеспечивается и осуществляется развитие человечества в ту историческую эпоху, непосредственно предшествующую сознательному переустройству человеческого общества”. И далее, характеризуя отчужденность социальных отношений от каждого отдельного действительного индивида в условиях капитализма, принявших характер не личных, а вещных связей между людьми, К.Маркс продолжает, что такое состояние “доказывает лишь то, что люди еще находятся в процессе создания условий своей социальной жизни, а не живут уже социальной жизнью, отправляясь от этих условий” /52/.

Коммунистическая революция.
Существенной задачей коммунистической революции является коренное изменение характера социальной деятельности людей через переход к новому, коммунистическому ее характеру. Коммунистическая социальная деятельность снимает антагонистические противоречия между индивидом и природой, между индивидом и обществом. Она обеспечивает всестороннее развитие природной и общественной сторон к а ж д о г о действительного индивида и всестороннее удовлетворение потребностей - природных и общественных –каждого действительного индивида соответственно его индивидуальным (природным и общественным) способностям и индивидуальным (природным и общественным) потребностям.
Решение этой задачи предполагает как очеловечивание природы, так и очеловечивание общества, превращение природы в человеческую (человечную) и превращение общества в человеческое (человечное menschliche). Для совершения коммунистической революции людям и предстоит в первую очередь в корне преобразовать характер своего вместедействия, свое общество, чтобы создать ассоциацию людей, в которой “свободное развитие каждого является условием свободного развития всех” /55/.
Можно сказать, что в приведенных словах из “Манифеста Коммунистической партии” К.Марксом и Ф.Энгельсом сформулирована главная, сущностная задача социальной революции пролетариата. Коммунистическая революция обращена на разрушение буржуазного общества во имя создания нового, коммунистического общества, обеспечивающего человечные условия существования, жизни и развития каждого и всех действительных индивидов жизни людей без эксплуатации, без угнетения, без взаимной вражды и ненависти друг к другу, такой жизни, которая обеспечивает всем и каждому всестороннее развитие его личности, его индивидуальности.
Социальная революция и выступает в первую очередь как общественная резолюция. Общественная революция есть коренное преобразование способа вместедействия людей, посредством которого люди обрабатывают природу и обрабатывают людей. Коммунистическая общественная революция совершается во имя создания условий, необходимых для индивидуального развития всех и каждого действительного индивида. Зависимость индивидуального развития каждого от развития всех, т.е. общества в целом, К.Маркс и Ф.Энгельс не раз подчеркивали как одну из основополагающих закономерностей социального процесса жизни людей: “Общественная история людей есть всегда лишь история их индивидуального развития, сознают ли они это или нет” /54/, писал К.Маркс в письме к Анненкову. А изменение общества и общественных отношений происходит “лишь тогда, когда исходит от самих членов этих исправляемыхи заменяемых общественных отношений “, - подчеркивает В.И.Ленин /55/.
А потому общественная революция и есть одна из существенных сторон социальной революции. Без общественной революции невозможно самоизменение и саморазвитие человечества – каждого и всех /56/.
Необходимо вместе с тем подчеркнуть, что дифференциация содержания социальной революции и общественной революции, притом, что оба понятия имеют и общую сторону, важно не только ради восстановления всего богатства понятийного аппарата теории революции, разработанного основоположниками марксизма, но актуальна и в современной идейной борьбе. Противники марксизма пытаются доказать, что теория материалистического понимания истории, якобы, игнорирует личность, пренебрегает индивидуальной жизнью людей, признает одну лишь общественную жизнь и т.д. В философской литературе существует не мало работ, опровергающих такую “трактовку” марксизма-ленинизма и доказывающих, что проблема развития личности каждого и всех является центральным вопросом социального процесса жизни людей, главной целью социальных революций и, в первую очередь, главной целью социальной революции пролетариата, целью коммунистической революции. По отношению к социальной революции общественная революция выступает в качестве средства ее осуществления, а не самоцели.
Отметим в этой связи, что, исследуя проблемы личности в трудах К.Маркса и характеризуя социальную революцию пролетариата, как революцию, разрешающую противоречия личности и общества, существующие при капитализме, польский философ-марксист Т.Ярошевский приходит к важным выводам о соотношении экономической, политической и социальной революций в коммунистической революции: “Все политические и экономические начинания должны быть, по его (К.Маркса - В.Ш.) мнению, лишь средством для осуществления более широкой, охватывающей все стороны революционной деятельности “конечной цели”: эмансипации и обобществления личности. К.Маркс никогда не считал, что определенная социальная структура тождественна эмансипации личности. Структурная революция (политическая и экономическая) создает, по мнению К.Маркса, лишь предпосылки для моральной и культурной революции. Новые социальные структуры нужны для того, чтобы ликвидировать определенные барьеры, сковывающие развитие личности, отношения, обезличивающие жизнь конкретных индивидов, чтобы создать социальные и материальные предпосылки для всестороннего развития индивидов.
Но, разумеется, только предпосылки. Остальное во власти самих индивидов. Никакой, даже самый идеальный общественный строй не сделает из человека Рафаэля, при отсутствии у него данных и без творческих усилий с его стороны. Однако порочный строй может перечеркнуть все усилия способнейших индивидов, справедливый же строй высвободить и стимулировать их, В “Немецкой идеологии” К.Маркс отмечал, что не каждый может быть Рафаэлем, но “каждый, в ком сидит Рафаэль, должен иметь возможность беспрепятственно развиваться” /57/. Отсюда Т.Ярошевский формулирует основную задачу коммунистической революции: “Основная задача революции состоит в устранении всех препятствий на пути всестороннего развития человеческой личности, в преодолении антагонизма между общностью и индивидом и в освобождении личности через развитие подлинно человеческой общности” /58/
Забвение данных краеугольных положений марксизма-ленинизма было теоретической основой деформаций социализма в 30 40-е и более поздние годы развития советского общества. Перестройка в качестве социальной революции имеет своей главной задачей так изменить общественные отношения, чтобы вернуть социализму весь его гуманистический потенциал, заложенный в новом общественном строе. Неслучайно М.С.Горбачев подчеркивает: “главное, что определяет сущность перестройки, это поднять человека как личность. Нам надо избавиться от того, когда в ходе реализации идеи создания государства рабочих и крестьян мы забываем о человеке. Сегодня мы должны поставить человека в центр всех наших преобразований и в экономике, и в политическом процессе, и в духовной сфере. Нам нужна перестройка ради человека в этом самый глубинный ее смысл” /59/.

>> далее

актуализировано 19. Dezember 2007